Леди второго сорта

Вот же он, почти готовый артенид! Бери и уходи, чего тут думать?

— Да, — наконец, глухо обронил Лукас, и черты его лица поплыли, а за ними мне почудилась волчья морда. — Обещаю, что как только готовый артенид окажется у меня в руках, я покину ваш особняк.

— И не будете пытаться меня увидеть, — подсказала я, и Хольм неохотно повторил.

— Но вы так и не сказали, что это за комната, — после паузы, спросил он.

— Думаю, именно здесь хранится ваш товос."

"Я пошла вдоль стен, ощупывая их и прислушиваясь, в надежде услышать знакомый вой или скрежет.

— Ты здесь? — прижавшись к стене, позвала волка.

В ответ донесся тихий лай.

— У вас есть нож? — повернулась я к Хольму.

Тот молча достал из кармана красивый кожаный чехол и обнажил лезвие.

— Попробуйте поддеть пару вот этих камней.

Я указала на два слегка выступающих булыжника. Лукас вставил лезвие в щель между ними и нажал. И в тот же миг по стене побежала трещина. Она уходила все выше, под самый потолок, а потом камни дрогнули и посыпались вниз.

Зверь смотрел на нас тоскливым взглядом, а у меня в душе все переворачивалось от жалости. Как можно было поступить так жестоко? Кто это сделал? И зачем? Неужели леди Летиция настолько ненавидела оборотней? Или это дед Изабеллы, Людвиг Бернстоф, постарался? А слуги? Интересно, они знали о товосе?

Все эти мысли пронеслись в голове за считанные секунды, и я кинулась к призрачному волку.

— Стойте, зверь может быть опасен, — попытался остановить меня Лукас, но я твердо знала, что товос не причинит мне вреда.

— Нужно снять с него эту гадость, — разглядывая призрачную цепь, пробормотала я, и до меня неожиданно дошло, что Лукас тоже видит сущность, хотя до этого никто из мужчин не смог разглядеть призраков.

— Вы его видите?

Я повернулась к Хольму. Тот кивнул, напряженно рассматривая цепь.

— Как вы открыли тайник? — спросил оборотень.

Вместо ответа я достала из кармана резак и коснулась прозрачных оков. Те заискрились ярким светом, затрещали, как бенгальский огонь, но не поддались.

— Может, попробуем вместе?

Хольм накрыл мою руку своей и надавил. Резак с противным скрежетом впился в невидимый металл, и тот дрогнул, а спустя пару минут рассыпался и исчез.