Леди второго сорта

До сегодняшнего дня я все никак не могла принять тело предшественницы как свое собственное, и каждый раз мысленно разделяла себя и ее, но сейчас впервые поняла, что именно это самое тело дает мне возможность жить, дышать, чувствовать. И что оно — мое. Это не Белла упала сегодня с коляски, а я. И не Беллу держал на руках Лукас, а меня. И чувствовала его тоже я. Так может, пора перестать сопротивляться и все-таки принять свою новую жизнь целиком и полностью, без оглядок на прошлое?

Левое бедро прострелило болью, и я поморщилась, а потом опомнилась и посмотрела на Штерна.

— Доктор, мне кажется, я что-то чувствую. Вот здесь.

Я указала на то место, где еще секунду назад ощущала боль.

— Да? Так это же замечательно.

Штерн взглянул на меня поверх очков.

— Ну-ка, посмотрим.

Он наклонился и провел рукой над моими ногами. А потом принялся ощупывать их, но я совсем не чувствовала его прикосновений.

— И что скажете?

Мне так хотелось надеяться на лучшее.

— Пока рано делать выводы. Будем наблюдать. Но прогресс есть.

— Магические потоки опустились ниже. Думаю, нужно продолжить сеансы массажа. Иногда они дают поразительные результаты.

Штерн хотел добавить еще что-то, но в этот момент в дверь постучали, и на пороге появился Хольм. Выглядел он странно. Мне даже показалось, что у него что-то болит.

— Леди Бернстоф, простите, что потревожил, — не входя в спальню, сказал Лукас.

— Что-то случилось?

— Похоже, моя нога недостаточна окрепла, а ваше падение…

Лукас не договорил.

— Лорд Хольм, я же вас предупреждал, — вскинулся Штерн, и его бульдожьи щеки рассерженно дернулись. — Щадящий режим и никаких нагрузок. Неужели нельзя было немного поберечься?

— Увы, доктор, — вздохнул оборотень, и в его глазах мелькнул яркий отблеск. — Это оказалось не в моих силах. Так что, леди Бернстоф, вы позволите мне остаться?

Лукас говорил, а я смотрела на него, и не могла отделаться от мысли, что он что-то задумал.

"— Лорд Хольм, разве могу я отказать человеку, спасшему мне жизнь? — тихо сказала в ответ, глядя на Лукаса так, как могла бы смотреть Изабелла. — Конечно, оставайтесь. Я распоряжусь, слуги вам помогут. А теперь, извините, мне нужно отдохнуть.

Я устало прикрыла глаза. Мне даже притворяться не пришлось, потому что чувствовала я себя и правда неважно.