Мертвый сезон в раю

Глава 47

Волны с силой бились о невысокий борт, подбрасывая лодку и беспрестанно швыряя ее из стороны в сторону. Вода то и дело заливалась внутрь, щедро окатывая всех находящихся на судне, разбрасывала холодные брызги, застилая глаза и стекая струями по лицу и спине.

Но даже шум внезапно разбушевавшегося моря не мог заглушить грохот собственного сердца, с бешеной скоростью бьющегося о грудную клетку и, казалось, пытающегося прошибить ее насквозь. Никакие упражнения по размеренному дыханию не помогали, а в горле упорно стоял колючий несглатываемый ком размером с южную дыню.

После пожара в госпитале Грегори еще долго боялся огня. Подходил к зеркалу, видел ожоги на своем теле и снова и снова возвращался в воспоминаниях в ту роковую ночь — к жалящему кожу пламени, горячему воздуху, пропитавшемуся вонью горелой плоти, и к разрывающим барабанные перепонки крикам людей, сгорающих заживо.

Когда шрамы полностью исчезли, пожар приходил к нему только во снах. Но он все равно долгое время сторонился костров, опасался свечей и никогда не подходил к открытому пламени близко.

Постепенно становилось легче. За неимением магии Грег даже научился пользоваться огнивом и уже спокойно относился к опытам с реактивами, которые Найлз проводил над горящей спиртовкой.

А потом в его жизни появилась Эль, и даже кошмары исчезли.

Но стоило стене огня накрыть берег, поглощая все на своем пути, сминая и пожирая находящихся там людей, как все вернулось вновь."

"Предсмертные крики, словно лезвие топора, вонзившиеся в голову, запах горелой плоти и гари, забивший ноздри, и... вдруг наступившая тишина, показавшаяся самой громкой из всех звуков на свете.

Стыдно признаться, но прошло не меньше минуты, прежде чем Грег посмотрел туда, где только что была Эль.

А потом он увидел берег, покрытый черной оплавившейся галькой и усеянный не менее черными, обуглившимися трупами...

Все еще силясь сглотнуть, Грегори перевел взгляд на лежащую перед ним на дне лодки девушку.