Мертвый сезон в раю

— Пятнадцать суток ареста плюс штраф за воспрепятствование осуществлению правосудия, — отчеканил Ферд.

— Хорош, — прошептал Грегори, глядя на это противостояние.

— Великолепен! — пропела Лоуфорд, едва ли не смахивая с щек слезы умиления.

— Индюк, — буркнула Эль.

А тем временем старик Гутье, проиграв схватку взглядов, попятился от порога.

— Проходите уж, — раздался его скрипучий голос уже из глубины дома.

Глава 33

— Так это действительно возможно? — недоверчиво уточнил Ферд, глядя на то, как старик, кряхтя при каждом движении, разворачивает свернутую в трубочку карту и раскладывает ее на столе.

— Возможно, возможно, коли обработанное кольцо было при ней, — прокаркал Гутье, старательно и до отвращения медленно разглаживая края карты, постоянно норовящие свернуться обратно.

Не выдержав, сыскарь схватил стоящую на тумбе статуэтку в форме крылатой девы и сам поставил ее на ближайший край, плотно прижав бумагу к твердой поверхности.

Старик крякнул и уже сам придавил карту с другой стороны тяжелыми ножницами.

— Кольцо! — вытянул артефактор тощую руку в старческих пигментных пальцах.

Эль, разместившаяся вместе с Грегори и Инессой на пыльном продавленном диване, молча поднялась и вложила накопитель в морщинистую ладонь. Старик при этом не удостоил ее и взгляда. Впился глазами в артефакт.

— Хоро-о-ош, — протянул в непритворном восхищении.

Грегори удивленно взглянул на вернувшуюся к нему под бок Кардинес. Она, не понимая, вскинула брови, мол, что?

Он качнул головой: потом.

— А расскажете нам, как так получается, — вдруг подала голос затихшая было Лоуфорд и даже подалась вперед, зажав ладони между коленей, — вы — светлый маг, а можете работать с темными артефактами?

Ферд, ничего не смыслящий ни в магии, ни, собственно, в артефактах, тоже посмотрел на старика с интересом.

Эль закатила глаза и сложила руки на груди — и правда, подобный вопрос был бы простителен бездарному сыскарю, но никак не опытной (по идее) магичке четвертого уровня силы.

Гутье же неприятно осклабился.

— Не бей белой энергией в черную — и будет тебе счастье, — проворчал он и вновь уставился на кольцо в своих пальцах, вмиг утратив интерес к присутствующим.