Ловец снов

Она картинно держала за ремень неуставной израильский автомат. Фредди завистливо вздохнул, гадая, где она достала такую штуку, но решил, что это не важно. За последние час-полтора многое потеряло всякое значение.

– Джос! – воскликнул Фредди. – Что ты здесь делаешь, нехорошая девочка?

– Доставила двух Рипли-положительных, как приказано.

Из леса снова донеслась стрельба, и Фредди заметил, как женщина скосила глаза в том направлении. Ей хотелось поскорее покончить с поручением и вернуться туда, в лес, настрелять полный ягдташ, прежде чем игра закончится.

– Давай их сюда, девушка, – велел Курц. Он все еще возвышался над брошенной на пол кепкой (на полу кое-где виднелись еще пятна крови Мелроуза, третьего помощника повара), держа в руках колоду карт, но глаза уже хищно сверкали. – Посмотрим, кого ты отыскала.

Джослин взмахнула автоматом. Мужской голос у подножия ступенек проворчал:

– Шевелитесь, мать вашу.

Первый пленник оказался высоким и очень черным. На щеке и шее краснели порезы, забитые Рипли. Целые заросли прятались в надбровьях. Фредди лицо было знакомо, но вот имя… Старик, разумеется, знал то и другое. Фредди полагал, что он помнил имена всех, кем командовал. Живых и мертвых.

– Кембри! – воскликнул Курц, еще ярче блеснув глазами, и, бросив карты в кепку, приблизился к Кембри, протянул было руку, но передумал и вместо этого отдал честь.

– Застали его бегущим в лес вместе с задержанными, которых ему приказали охранять, – доложила Джослин Макэвой. Лицо оставалось бесстрастным, но голос звенел презрением.

– И что же? – спросил Кембри. – Вы все равно собирались меня убить. Всех нас. И не трудитесь лгать. Я читаю ваши мысли.

Но Курц, ни в малейшей степени не смутившись, потер руки и дружелюбно уставился на Кембри.

– Выполнишь работу на совесть, может, я и передумаю, дружище. Сердца предназначены для того, чтобы их разбивать, а разум – чтобы изменять поспешные решения, хвала Господу. Кого еще ты привела, Джос?

Фредди рассматривал спотыкающуюся фигуру с изумлением. И с удовольствием. По его скромному мнению Рипли не мог найти лучшего объекта. С самого начала никто терпеть не мог сукина сына.