Любовный нокаут

Я сказала это шутливо, и он хмыкнул, но не улыбнулся.

И в ту минуту я каждой клеточкой тела ощутила, что мы здесь с ним совсем одни. Мои руки слегка дрожали, когда я встала перед Реми на колени, чтобы приложить заживляющий гель к разбитой нижней губе. Она больше не кровоточила, но треснула прямо посередине. Время остановилось, когда я приложила палец к ранке. Его глаза слегка прищурены, он внимательно наблюдает за мной.

– О тебе, – прошептала я. – Я всегда беспокоюсь только о тебе.

Меня завораживал ритм его дыхания.

Хмурясь от собственных мыслей, я закрыла баночку с гелем, но продолжала оставаться на коленях, раздумывая, стоит ли мне начать с массажа ног, раз уж я здесь.

– Я повредил правое плечо, Брук.

От звука моего имени, произнесенного хриплым голосом, у меня еще больше закружилась голова. А тон, каким он говорил, едва не свел меня с ума, но я прикрылась насмешкой и со вздохом сказала:

– Что ж, имея дело с бульдозером вроде тебя, было бы лишком глупо надеяться, что ты переживешь этот вечер, отделавшись только рассеченной губой.

– Так ты собираешься заняться делом и привести меня в порядок?

– Конечно.

Я поднялась, подошла к кровати и, встав на край кровати на колени, взялась за плечи Реми. Меня больше не удивляло то, как каждая клеточка моего тела отзывалась на близость этого человека, – казалось, наши тела составляют единое целое, связанные через мои руки. Я просто закрыла глаза и позволила себе наслаждаться мгновениями, пока пыталась заставить мускулы расслабиться, но напряжение в них никак не желало уходить.

"– Этот урод приложил тебя сюда довольно жестко. Тяжелый был удар. Так больно?

– Нет.

Мне показалось, я услышала в его тоне нотку веселья, но, возможно, ошиблась. Я сосредоточилась на его мышце, проминающейся и пружинящей под моими пальцами, и точно знала, что это очень больно. По крайней мере, так должно было быть.

– Я натру тебя арникой, а потом приложу холодный компресс.