Любовный нокаут

И вот Мелани, вскочив на ноги и сложив ладони рупором, громко закричала:

– Реми! Брук считает, что ты самый горячий парень на свете! Реми, Брук любит тебя, Реми! Она любит каждый дюйм твоего тела!"

"– Мелани! – Потрясенная, я толкнула ее назад на место и постаралась зажать ей рот ладонью. К счастью, толпа сегодня шумела и вопила так, что Реми, скорее всего, ничего не расслышал. – Засунь себе в рот еще жвачку, Мел, – сказала я, мрачно глядя на подругу. – И дай слово, что ты больше этого никогда никому не скажешь.

– Ну ладно, я просто скажу ему, что он самый сексуальный и все такое.

Весело засмеявшись в ответ на мой сдержанный недовольный кивок и подтолкнув меня в ребра, она обозвала меня чикенбургером, потому что я настоящая курица, а потом вскочила на ноги и продолжала кричать все то, что я думала, но не осмеливалась произнести вслух. Что он такой невероятно горячий, что он бог, что он король секса, что он так чертовски сексуален, что никто не может с ним сравниться…

Клянусь, если бы я могла, то тоже закричала бы, что он мой, что я люблю его, что он мой бог секса… Но не смогла даже выкрикнуть его имя в этой толпе.

Глава 11

Тайная встреча

Наша встреча с Норой предполагалась в маленьком японском ресторанчике в паре кварталов от отеля. Надо сказать, я ужасно мучилась совестью от того, что придется соврать Ремингтону по поводу сегодняшнего вечера.

– Я постараюсь устроить совещание по финансовым вопросам, – заверил меня Пит, когда мы с ним увиделись в спортивном зале утром. – И скажу, что вы с Мелани отправились посмотреть город и Райли заберет вас на машине после обеда, пока мы с Реми обсудим наши финансы, как делаем каждый месяц.

Я кивнула, вполне довольная таким раскладом, но перспектива вовсе не казалась мне радостной. От слова «совсем». Меня подташнивало от волнения, но даже в этом состоянии какая-то моя часть возликовала, увидев, как Реми посмотрел на меня с ринга в спортивном зале.

– Мы с Мел пойдем прогуляемся.

Он сдернул свой шлем для спарринга, улыбнулся и кивнул, и глаза у него светились, как всегда, когда он видел меня.