Любовный нокаут

Пит и Райли все еще находились в пентхаусе, когда Реми открыл дверь и внес меня в комнату.

– Рем, что происходит, черт возьми? – требовательно спросил Пит.

– Парни, просто уматывайте отсюда. – Рем придерживал дверь, указывая им на нее одной рукой, а другой по-прежнему держа меня. – Я поступаю так, как считаю нужным, слышите? – рыкнул он.

Оба мужчины посмотрели на меня, как мне показалось, с довольно испуганным видом.

– Мы тебя услышали, Рем, – безропотно пробормотал Райли и побрел вслед за Питом.

– Вот и не забывайте об этом, черт возьми.

Он захлопнул дверь за ними и запер ее, чтобы никто не мог войти в президентский номер даже с ключом, а потом отнес меня в ванную комнату при своей огромной спальне.

Признаю, я еще не готова была покидать его объятия, и когда я переплела пальцы на его затылке, он все понял и продолжал держать меня на руках, даже пытаясь открыть кран.

Из душа полилась вода, он сбросил свои кроссовки, стянул с меня туфли и шагнул в душевую кабину вместе со мной.

– Давай-ка смоем с тебя эту гадость."

"Он провел пальцами по моим мокрым волосам, и я сползла по его телу вниз, вставая на ноги. Ощущение воды, текущей по телу, было потрясающим, он стянул с меня платье через голову, и теперь я чувствовала его руки, скользящие по моему телу, даже через белье. Я закусила губу, пытаясь не реагировать на его прикосновения, но это было невозможно – они словно проникали мне под кожу. Ничего другого я не могла чувствовать и ни о чем ином не могла думать в тот момент.

Теперь мне было абсолютно безразлично, что Пит и Райли могут меня возненавидеть за то, что я сорвала Реми поединок. Что моя сестра не желает меня видеть. Даже по Мел я не скучала. И меня совершенно не беспокоило, что в скором будущем я могу лишиться работы.

Все мысли мои, все ощущения сосредоточились на этом мужчине, я почти не могла дышать, все тело застыло в радостном предвкушении. Куда теперь скользнут его руки? Какая часть моего тела ощутит прикосновение его мокрых пальцев к разгоряченной коже?

Он осторожно прикасался ко мне намыленными руками, и я почти задыхалась от сладостных ощущений, но, он, казалось, оставался невозмутимым.