Крепкий орешек

- Моя бабуля такое моё проявление называет - «Борьба языка за независимость от мозга». И, как видите, язык частенько побеждает.

- И спасибо ему за это, - Молотов оказался совсем близко. Его ладони легли мне на спину и прижали к теплому мужскому телу. Между нашими губами оставалось не более десяти сантиметров. Взгляд черных глаз ловил мою реакцию на его натиск. - Насколько близко я подкатил свои. половые чары сейчас?

- Настолько, что рискуете отдавить мне ноги, - шепотом произнесла я и невольно задержала взгляд на его губах.

Мужчина неспешно приближал свои губы к моим, словно боясь спугнуть, словно ждал моего позволения. Но едва его губы коснулись моих, как на крышу ворвалась разгоряченная парочка, чей страстный поцелуй переходил в раздевание.

Их появление отрезвило мой разум и заставило отпрянуть от Молотова, спасаясь бегством. Нет, грабли, не сегодня...

Главушка 17

- Коропуля, открывай! - доносился голос Кирилла за дверью моей квартиры. - У меня для тебя есть кое-что сногсшибательное.

- Неужели, помыл руки перед едой? - съехидничала я, убирая с плиты обещанный другу борщ.

- Сногсшибательное, а не фантастическое, - настойчиво уточнил Кирилл. - Давай скорее там! Я больше не могу его сдерживать!

- Да, что там такое? - пробубнила себе под нос, проворачивая ключ.

Стоило распахнуть дверь настежь, как на меня тут же набросился мохнатый зверь, хаотично вылизывая мне лицо своим мокрым языком.

- Спартак! - обрадовалась я шерстяному другу и была тут же повалена на спину прямо в прихожей.

- Я же говорил, что это кое-что сногсшибательное, - засмеялся Кирюха и его смех поддержала Соня, которую я и не заметила за широкой спиной друга.

- О, привет! - махнула я подруге из-под натиска голубоглазого хаски, которого не видела около трёх недель, так как тот был отправлен в ссылку в деревню к родителям Кирилла. -Ну, что, дружище, много соболей и белок наловил на свободе?

- Да, какой там, - усмехнулся друг, снимая обувь. - Носился по лесу как дурак. Только всю охоту отцу испортил.

- Вот и хорошо! - подытожила Соня, снимая со своего сына Дениса куртку.

- Да! - отчеканил Дениска и поспешил завалиться на спину Спартака, тем самым лишая меня малейшего шанса подняться с пола.

Пёсель, впрочем, был этому бесконечно рад, по очереди облизывая то меня, то Дениску.

- Там на кухне почти всё готово, - прокряхтела я с пола, начесывая пса за ухом. - Вы только хлеб нарежьте и по тарелкам раскидайте сами.