Хрупкая связь

Поэтому ни настоящих котов, ни собак, ни хомяков, ни морских свинок — мы заводить не будем. Кстати, существуют крутые интерактивные игрушки, которых тоже можно кормить и выгуливать на поводке.

Боже. Я распинаюсь, а Аслан потешается, будто ставит под сомнение каждое моё слово. Его глаза прищурены, на губах играет тень улыбки. Он выглядит спокойным и непринуждённым, потому что даже не подозревает о всех нюансах.

— Я бы тоже отказался от такого варианта, — говорит прямо. — В чём интерес выгуливать робота?

— Не всё, что хотят дети, должно воплощаться в жизнь.

— Может, когда у меня будут свои, я взгляну на это иначе. Но пока не уверен.

— Когда под угрозой будет здоровье любимого человека — непременно.

Я осознаю, что зачем-то начинаю злиться и оправдываться, будто пытаюсь доказать, что хочу баловать дочь, но обстоятельства складываются иначе. Хотя это совсем не так. Она окружена теплом и заботой. Любой ребёнок на её месте с удовольствием выбрал бы что-то новое, обменяв старое.

Но это не единственное, что бесит.

В целом странно, что я стою на полупустой веранде и рассказываю Аслану о личном. Это было бы нормальным раньше, но не является адекватным сейчас.

Он был моим сводным братом, другом и первым мужчиной. С ним я попробовала всё, что только можно и нельзя: его пальцы, губы, член. В постели и за её пределами.

Наш первый раз произошёл прямо над комнатой родителей. Аслан изо всех сил старался быть тише, но нам это далеко не всегда удавалось.

Но теперь между нами пропасть.

Мы как два чужих человека, случайно пересекшихся наперекор своим параллельным траекториям. Стоим и смотрим друг на друга, пытаясь уловить отголоски ностальгии — это всё, что осталось между нами после бурного тайного романа.

Я была своенравной, спонтанной и капризной. Не стеснялась озвучивать всё, что вздумается.

Мы не строили грандиозных планов на будущее, не позиционировали себя как пару и не клялись друг другу в верности, но я всё равно гоню от себя мысль, что потеряла больше, чем готова признать.

— А ты здесь надолго? — резко перевожу тему с личной на рабочую, классифицируя её как более безопасную.