Хрупкая связь

— Кстати, как ты нас нашёл? — спрашиваю, зевая. — Я ведь никому не говорила, где мы…

— Амелия отправила мне голосовое и пожаловалась, что заболела. Я звонил тебе, но ты не брала трубку. Поехал к вашему дому, но там вас не оказалось. Дальше найти было не так уж и сложно.

— Конечно, ты же у нас гений.

Сон накрывает моментально. Сквозь полудрёму я улавливаю приглушённые звуки: его ровный голос, шелест одежды, тихий перестук медицинских приборов. Всё это сливается в мягкий, убаюкивающий фон.

Я клятвенно обещаю себе вздремнуть всего на час, но проваливаюсь в глубокую, обволакивающую темноту.

Ни тревоги, ни беспокойства — впервые за долгое время я засыпаю без страха, зная, что Аслан рядом и присматривает за Ами.

А просыпаюсь резко. С вылетающим сердцем. С пересохшими губами. Потерянная. Дезориентированная. С полным ощущением того, что пропустила половину жизни.

Голова покоится на мужских ногах.

Я пытаюсь собраться с мыслями и приподнимаюсь на локтях.

Аслан сидит, откинувшись на спинку дивана, и расслабленно смотрит в телефон.

Рука лежит у меня на талии — горячая и тяжёлая. Он бессознательно проводит пальцами по оголённой коже живота, не задумываясь о последствиях. О том, что этот жест пугающе привычен. И о том, как от него по позвоночнику пробегает покалывающая дрожь.

— Который час?

— Шесть утра, — отвечает Аслан, встречаясь с моими глазами.

— Боже…

Голова кружится, когда я встаю с дивана и подхожу к Ами.

— Сейчас тридцать семь и пять — уже лучше, но всё равно довольно медленно спадает, — отчитывается Аслан. — Доктор сказал, что по анализам на грипп всё чисто. Утром будут смотреть дальше.

— Ами просыпалась?

— Да, мы с ней пересчитали, сколько миллилитров жидкости в неё влили.

— И сколько же?

Дочь открывает сонные глаза, лениво моргает и бормочет:

— Почти шестьсот.

Я вздыхаю, сажусь на край кровати и поправляю ей одеяло. Взяв бутылку с водой, помогаю Амелии сделать пару глотков. Когда она болеет, мне кажется, что я убиваю все нервные клетки в хлам.

— Как ты, зайка?

— Нормально, — отвечает, падая на подушку. — Мам, а мы скоро поедем домой?

— Как только разрешит врач.

— Лев нас отвезёт?

— Думаю, нет. Ему уже пора.