Хозяйка старого дома

Слепой взгляд по обыкновению скрывали темные очки. Войдя, он закрыл за собой дверь и остановился у порога, дожидаясь реакции на свое появление.

– Добрый день. Аглая? Меня зовут Влад, я звонил вам утром.

– Да, конечно, проходите, – пригласила она все тем же гостеприимным тоном. Голос прозвучал знакомо, но пока плохо соотносился с тем, что он слышал в усадьбе.

Что ж, может быть, она и ясновидящая, но, как и большинство обычных людей, не видит того, что прямо у нее перед глазами. Влад улыбнулся.

– С удовольствием.

И он выставил согнутую в локте руку, как делал всегда, чтобы Игорю было удобнее его направлять.

Повисла тишина, выдавшая замешательство хозяйки кабинета, после чего раздался торопливо приближающийся стук каблуков по полу.

– Извините, – чуть понизив голос, произнесла Аглая, беря его под руку. – Я не поняла сразу.

Влада обдало запахом ее духов, от которого неожиданно закружилась голова и участился пульс. Запах, голос, деликатное прикосновение к руке… Ощущения смешались, соединились, ударили в голову, спустя какой-то невидимый курок.

– Такое случается постоянно, – отозвался он неожиданно охрипшим голосом, доверчиво следуя за ней. – Правда, от ясновидящей я ожидал большего.

Из-за внезапного неповиновения голоса, последняя фраза прозвучала грубо, как укор. Аглая неловко откашлялась, усаживая его на диван. Сама села рядом, что Влада не обрадовало. Ему нужно было сосредоточиться, а при такой опасной близости это никак не удавалось сделать.

– Я не смотрю постоянно в будущее, это слишком сложно, – со вздохом ответила Аглая. – Да и нужно знать, что именно ищешь, чтобы увидеть.

– Я не это имел в виду, – Влад попытался снова улыбнуться, но губы теперь слушались так же плохо, как и голос, поэтому получилась, скорее всего, какая-нибудь кривая гримаса. – Мне всегда казалось, что ясновидящие – это просто очень наблюдательные люди, умеющие вовремя делать правильные выводы.

– Так вы скептик? – ее голос сразу выдал улыбку. – Зачем же вы тогда пришли ко мне?"

"Влад уже и сам не знал. Даже испытал непреодолимое желание извиниться и поскорее ретироваться. Ему требовалось время и пространство, чтобы осмыслить происходящее.

Но он не шелохнулся, только сжал в кулаки внезапно вспотевшие руки и быстро облизнул пересохшие губы. «Дыши глубже, – велел себе раздраженно.