Хозяйка старого дома

Обе умерли от утопления и – что гораздо важнее – захлебнулись именно речной водой. Усадьба находится как раз выше по течению реки, поэтому нельзя исключать вероятность того, что парень попал в воду рядом с ней. И уж тем более вполне мог получить травму головы хоть в том же самом помещении, где погибла Рязанова. Мог и на пентаграмме полежать.

– И алкоголь в крови тоже присутствует, – еще больше погрустнев, признал Велесов.

– Ну, по сравнению с Рязановой, он, можно сказать, был трезв, – хмыкнул эксперт.

– И все же серийники редко выбирают разнополых жертв, – не согласился Соболев.

– Проклятие Хозяйки, – неожиданно пробормотал Петр Григорьевич, грустно глядя на чай в своей кружке. Не любил он несладкий. Или тогда уж хотя бы с конфеткой…

Грустя об отсутствующем лакомстве, он не сразу заметил три вопросительных взгляда коллег. А когда заметил, торопливо пояснил:

– Это среди молодежи уже начали поговаривать. Кто-то где-то вбросил, и теперь это обсуждают почти как доказанный факт.

– Кто говорит? – не понял Соболев.

– Так они и говорят, – меланхолично пожал плечами Петр Григорьевич. – Молодежь.

– А вы откуда это знаете? – Велесов недоверчиво прищурился.

– Так у меня Машке столько же, сколько было этим обалдуям. Я когда вчера домой пришел, она меня сразу и просветила. Кстати, она из своих твиттеров-шмитеров и всяких там граммов о парнишке из реки знала еще до моего прихода.

– А что именно говорят? – заинтересовался Соболев.

– Ну так то и говорят, – Петр Григорьевич посмотрел на него в некотором раздражении. – Что обоих убила Хозяйка из усадьбы. Вот, представляешь, еще недавно про нее слыхом не слыхивали, а теперь Машка на меня посмотрела так, словно я отстал от поезда лет на пятнадцать. Примерно так же она смотрела, когда я спросил у нее, кто такой этот Крид…

– Петр Григорьевич, – мягко, но настойчиво перебил Велесов, – вы сейчас это к чему? Думаете, ребят и правда убил призрак?

Соболев выразительно моргнул, уставившись на Велесова и надеясь, что надежда в голосе следователя ему послышалась с недосыпа.

"– Я? – Петр Григорьевич удивился даже сильнее Соболева. – Нет, конечно. Я говорю, фиксация у того, кто это сделал, может быть на легенде. И тогда все сходится: жертв он выбирает не по полу, а по факту визита в усадьбу, а главная часть ритуала именно в утоплении.

Петр Григорьевич отсалютовал кружкой Логинову, и тот согласно кивнул в ответ, добавив только:

– Или она.