Камин для Снегурочки

– Кудрявенький со своей тусовкой, – ответила певица, – спать хочу немыслимо!

– Давай поедем домой, – предложила я.

– Нельзя, – грустно ответила Рита, – просто невозможно! Софка никогда не простит!

– Ты о ком? – недоуменно поинтересовалась я.

– У Кудрявенького есть секретарша, – Рита принялась вводить меня в курс дела, – имечко ей Софья Константиновна, но все кличут даму Софа. Жутко стервозная особа. Кудрявенький-то обидчив, но отходчив, а эта грымза памятлива, словно медведь-гризли. Она обид не прощает.

– Ну и что? – пожала я плечами.

Рита постучала кулаком по лбу.

– Тумба ты! Пройдет неделя, заявится Арабеллин продюсер к Кудрявенькому и запоет: «Что-то мы давно у вас не звучали». И тут Софа своему начальнику и надует в уши: «Арабелла вас не уважает, на день рождения плохо поздравила, всего секунду посидела и уехала, денег на подарок пожалела.

Я, моргая, смотрела на Риту.

– Из всех громкоговорильников Митечка орать станет, а Арабелла исчезнет, – закончила моя новая хозяйка, – а у нас знаешь как: либо ты у людей постоянно в ушах звучишь, либо умер. Три месяца в эфире нет, народ тебя забыл. Ты в курсе, кто такой Кудрявенький?

– Нет, – потрясла я головой.

Ванька вытащил из кармана плоскую фляжку, сделал пару шумных глотков и, закручивая пробку, пояснил:"

"– Кудрявенький – владелец сети радиостанций, с ним ссориться ну никак невозможно! Захочет, мигом кислород перекроет. Никакие им организованные сейшны пропускать нельзя. Во-первых, на них всегда полно журналюг, и обязательно попадешь в какую-нибудь газету…

– Например, в журнал «Свиноводство», – хихикнул Костя, с интересом слушающий наш разговор.

– Ну и что? – не сдался Ванька. – Его тоже люди читают, пусть про Глафиру узнают. Лично мне все равно, кто где денежки заработал, чтобы за концерт платить! А во-вторых, насчет Софки – это чистая правда!

– Прямо вот так в эфир не выпустит? – Я пыталась разобраться в ситуации. – А если песня хорошая и люди ее любят?

Рита засмеялась:

– Эх ты, наивняк, никто по этому поводу не парится.

– Знаешь, как Кудрявенький говорит, – встрял в наш разговор Костик.