Извращённые Узы

Если бы они не заказывали себе еду, им пришлось бы жить с моим вегетарианским выбором или голодать.

Когда я вошла в игорную комнату, Нино и Римо сидели на диване, а я опустилась рядом с Нино. Осмотрев коробки из-под суши, я взяла одну и отложила в сторону.

— Ты пытаешься подкупить Серафину суши, чтобы она все рассказала? — сказал Римо. Он был в странном настроении.

— Кормить ее — это не подкуп.

В этот момент к нам присоединились Адамо и Савио, оба все еще без рубашек.

Я отрицательно покачала головой. Они плюхнулись на диван напротив нас и молча потянулись за палочками и коробками.

— Как насчет того, чтобы поставить коробки посередине, чтобы мы все могли брать то, что хотим? — прорычал Римо.

Я случайно взглянула на него.

— Учитывая, что ты залез в трусики к этой суке, ты в дерьмовом настроении. — сказал Савио.

Лицо Римо вспыхнуло гневом.

— Это последний раз, блядь, когда ты называешь ее сукой, понял?

Савио поднял бровь, и даже Адамо застыл, прижав палочки к губам.

Я посмотрела на Нино, который хмуро смотрел на своего брата.

Мы все это слышали. В голосе Римо звучала защита.

— Да ладно, она заслужила это имя. — сказал Савио.

Римо поднялся, дрожа всем телом от едва сдерживаемой ярости. Что на него нашло?

— Что? — сказал Савио. — Теперь ты хочешь ударить меня из-за девушки? Она твоя пленница и враг — или она проникла тебе под кожу?

Римо криво усмехнулся.

— Как будто это когда-нибудь случится. Ты меня просто бесишь.

Он снова опустился на диван, будто только что не собирался напасть на Савио.

Я схватила авокадо маки и сунула его в рот, пока парни набрасывались на калифорнийские и летние роллы.

Я все время украдкой поглядывала на Римо, пытаясь понять, что на него нашло, но попытка заглянуть за его маску была обречена на провал.

• ── ✾ ── •

После обеда мы с Нино уселись за пианино, чтобы поиграть вместе. Этот ритуал доставлял мне огромное удовольствие, и мы старались включить его в нашу повседневную жизнь.

Нино начал играть тихую мелодию, едва слышную, сосредоточенно хмурясь.

Я не была уверена, было ли это потому, что он пытался сосредоточиться на музыке или понять свои эмоции.

Я прислонилась головой к его руке, слушая мелодию, которую он создал.

Мне нравилось слушать Нино, потому что его музыка всегда отражала чувства, которые он не мог понять или не мог выразить.

Музыка полилась громче, неровное стаккато. Он наполнил мое тело, поглотил мое сердце, каждую клеточку, пока мой пульс не ускорился, живя тем, что пыталась передать мелодия.