Извращённые Узы

Под глазами у него залегли синяки, а руки покраснели.

— Ты все убрал?

Он кивнул, не глядя в мою сторону.

— Мне пришлось. Это самое меньшее, что я мог сделать.

— Тебе надо было поспать. Вчерашний день был тяжелым для всех нас.

Наконец он повернулся ко мне.

Я искал в его глазах следы наркотиков, но они были ясны.

— Мне не нужен отдых. Не мне пришлось перерезать вены. — он посмотрел на мои бинты, потом на рану на бицепсе, где меня задела пуля. — Или получить пулю.

— Заживет. — сказал я.

Эти раны были ничем, с чем я не мог справиться.

— Мне так чертовски жаль. За все. — прошептал Адамо.

Я коснулся его плеча.

— Учись на своих ошибках, Адамо. Это все, о чем я прошу.

— Я даже не могу смотреть на Фину и Киару. Из-за меня, они почти все потеряли.

— Все в прошлом.

Адамо вздохнул.

— Ты будешь в порядке с тем, что сделал? Заколол нашу мать? — спросил я.

— Я бы ее убил. Именно тогда я этого и хотел. Я не сделал этого, потому что знал, что вы с Римо должны были это сделать.

Убийство нашей матери всегда висело дамокловым мечом над нашими с Римо головами. Теперь, когда она была мертва, я понял, что сам поступок был легче, чем думал. Может, из-за того, что наша мать почти сделала с Киарой и Алессио. Это была последняя капля.

— Нам нужно было это сделать, а теперь ее нет.

Римо вышел наружу и сел рядом с нами.

— Наконец-то ушла.

Адамо наблюдал за ним.

— Я...

— Я знаю. — сказал Римо.

— Так сказал Нино.

— Он гребаный гений, так что слушай его. — Римо почувствовал запах от одежды Адамо. — А теперь прими душ.

После минутного колебания Адамо встал и вышел.

Римо наблюдал за мной.

— Ты выглядишь спокойным.

— И ты тоже. — сказал я. — Это самая удивительная часть.

— Да, а потом нет. — сказал он. Он согнул забинтованные запястья. — В какой-то момент я чувствую такую ярость, что едва сдерживаюсь, чтобы не взбеситься.

— Так и есть. Мы убили ее. Теперь мы можем двигаться дальше.

Римо сардонически улыбнулся и кивнул на свое запястье.

— Она оставила свой след. После всех этих лет, она почти получила то, что хотела.

Это был не единственный след, который она оставила.

— Она этого не сделала и не сделает, мы победили.

— Это то, что мы делаем. — сказал Римо.