Измена. Любовь (не) вернуть (СИ)

Я вздрогнула, желая его тут же поймать и остановить, – дурак! Дурак! Думал, раз ты со мной дома, значит, простила.

Я уронила лоб на его плечо, и Макс замер. Как я хочу все это забыть вернуться к точке во времени, когда еще не существовало в нашей жизни никакой Златы. Никого лишнего.

Максим погладил меня по волосам на затылке, и я неосознанно прильнула к этому жесту. Мне плохо без него и больно с ним. А еще я чувствую такую же боль, идущую от него, словно это разрушающая нас обоих радиация. Мы облучены и медленно умираем, разрушаясь клеточка за клеточкой.

– Тебе нужно присесть, – сказала я, прерывая мучительный момент, –  тебя уже качает, голова кружится.

– Это все ерунда, – нахмурился он, но сильней завалился плечом на окно, подтверждая мои слова, – мне все равно. Я хочу вернуть свою жену, потому что это намного больней! Что мне сделать, Ева?

– Давай присядем и поговорим, – выдала я то, что сейчас могла ответить правдиво. Как починить нас, я не знаю.

Максим выдохнул, опустив плечи и, держась за стену, пошел нетвердо в сторону диванчика в углу кухни.

Точней мы тяжело плюхнулись на мягкие подушки вдвоем и уже потом разместились поудобней.

– Хочешь поесть? Я могу приготовить, сейчас привезут… – Максим прервал меня, беря за руку и тут же прижимая ее к своим губам.

– Ева, я любил, люблю и буду любить только тебя.

Я чувствовала, что этот разговор может выйти из-под контроля и навредить ему, но и остановиться уже не могла. Это было бы так же жестоко, как и продолжать.

– Я хочу, чтобы между нами больше не было секретов и лжи, иначе, не знаю как еще… – я вдохнула поглубже, – дальше жить.

– Только правда. Обещаю.

– Тогда я начну тоже с правды. Ты сделал мне очень больно, Максим.

– Я понимаю тебя, – он опустил глаза, и взгляд его немного плыл, теряя фокус. – Я не буду тебя заставлять.

– Ты можешь мне сказать правду, у вас был секс? – с замирающим сердцем спросила я. Может быть, у меня хотя бы надежда?

– Не могу, потому что сам не уверен.