Его наследник

Зашла речь об обследовании его, он наотрез отказался. Встал вопрос об ЭКО. Но он снова был против. Сказал, что рожать через пробирку я не буду от него, что я — плохая женщина, порченная, раз не могу родить как все.

— Блин, да что за уроды такие попадались тебе? — возмутился Игорь. — Как можно так говорить женщине? Ты ведь не виновата была. Никто не застрахован от болезней, даже с большими деньгами.

Игорь, конечно, не такой придурок, как те двое, но всё же недалеко ушёл. Но говорить об этом я не стала.

— Не знаю. Я их любила, на многое бы пошла ради семьи и детей, а они… Ну как вышло. Как видишь, я забеременела почти в тридцать. Видимо, он не зря отказался от обследования. Наверное, сам был бесплоден, а валил на меня.

— Да и не надо детей от такого дебила. Так странно, в итоге ты забеременела моим ребёнком, хотя мы даже не знали о существовании друг друга.

— Ну да, — улыбнулась я. — Судьба решила, что я буду рожать только твоих детей, Игорь.

— Замечательно распорядилась.

Мужская рука мягко обняла меня за талию и притянула ближе.

На шею опустили горячие губы, заставив невольно выгнуться и вздрогнуть. Ласка не была долгой, но мне и не хотелось её обрывать. Второй рукой Тихомиров поднял на себя мой подбородок. Почему ему так нравится трогать моё лицо? Но сейчас он делал это без нажима и грубости, и я понимала, что меня сейчас не раздражает этот жест. Пальцем провёл по губами, заставляя бежать по моему телу мурашки. Не думала никогда, что такая ласка может быть приятной. Он не лез с поцелуями, просто мягко водил большим пальцем по губами, не отрывая взгляда от моего лица, и это, чёрт возьми, было очень приятно и сексуально. Я сошла с ума….

— Запомни: я тебя никогда не предам. Ты и наши дети — под моей защитой. Я не поступлю с тобой по-скотски. У тебя статус намного выше, чем у кого бы то ни было. Ты больше, чем женщина, больше, чем будущая жена. Ты — мама моих детей, и поэтому я готов драться за вас до конца своих дней. Всегда.

Больше никто тебя не обидит. Никогда. Ты можешь больше ничего не бояться — говори мне, и я решу любую проблему, с любой инстанцией. А твоё имя из дела следователя мы уберём.

— Как?

— Неважно. Есть способы. Больше твоё имя полоскать не будут по уголовным делам.

Таких поступков ради меня не делали ещё ни разу. Невероятное ощущение. Когда-то Сазонова сказала мне, что власть и положение Игоря может работать не только против меня, но и в обратную сторону.