История одной (не)любви

 — Ваша задержка будет стоить обеда, и скажите спасибо, если не ужина.

— Заставите нас голодать? — Дея с вызовом вздернула нос. — Неужели у вас хватит совести оставить голодным ребенка?

— Вовсе нет. Но есть нам придется в дороге. И кстати…

Йеванн замолчал, раздумывая, стоил ли ей говорить или нет, но она смотрела на него с таким отчуждением, что он не сдержался:

— Я не такой монстр, как вы успели вообразить. И никогда не дал бы ребенку в руки вещь, которая может ему навредить.

— Неужели? — съязвила она.

— Это была игрушка. Муляж без заточки. Дроу дарят такие своим сыновьям, когда те еще лежат в колыбели.

Дея сжала зубы.

Как глупо вышло! Она ведь, и в самом деле, даже не глянула, так ли опасен этот подарок, как ей показалось. Теперь можно признаться, хотя бы самой себе, что в тот момент об этом не думала. В тот момент ее мысли занимало другое.

Даже если бы Йеванн подарил Ноэлю безобидный цветок, она бы отбирала его с той же ревностью.

— Моему сыну ничего не нужно от вас! — процедила, пряча замешательство.

Йеванн качнул головой:

— Боюсь, скоро ты убедишься, что это не так.

* * *Лошади бодро бежали по снегу, поднимая копытами белые облачка. Аккуратные домики за окном кареты быстро сменились простынями полей, а затем по обе стороны дороги потянулся серый зимний лес.

Ноэль быстро уснул, убаюканный мерным движением. Дея тоже закрыла глаза и погрузилась в легкую дрему.

Иногда до нее доносились голос возницы, всхрапывание лошадей, да тихое бормотание Катарины, что сетовала на холод и следила за углями в жаровне.

Изнутри карета оказалась обшита толстым слоем войлока, окна застеклены. Да и Йеванн позаботился о комфорте, заставив Дею закутаться в теплый плащ, подбитый гагарачьим пухом, а не то жалкое подобие зимней одежды на кроличьем меху, что она носила.

Но, несмотря на все ухищрения, чувствовался мороз. А впереди, до самого горизонта, расстилалась заснеженная пустошь, через которую вела, петляя единственная дорога.

Где-то среди белых заносов, ждал маленький придорожный городок с постоялым двором. Там Йеванн собирался сменить лошадей.

Он молча смотрел в окно. Его внутренний компас безошибочно отмечал пройденные мили, но не давал чувства удовлетворения. Сердце темного мага все больше и больше наполняла тревога.

Эта женщина рядом с ним…

Такая холодная, неприступная. И чем больше отталкивает его, тем больше укрепляет их связь.

Он думал, что все будет просто.