История Мадлен

Возможно, все не так страшно, как мне кажется?

В этот раз в наш дормез граф Апраксин сел по моему приглашению. Конечно, он не сможет ехать с нами весь день, но час-другой — почему бы и нет? Кроме того, думаю, от излишней пылкости его сиятельства нас спасет присутствие Софи.

Вот когда я в полной мере оценила, как велико влияние светских условностей! Именно они спасли и графа, да и меня от всяческих любовных глупостей. Максимум, который позволил себе Апраксин — поцеловать мне руку и, всего на пару лишних секунд задержать в своей руке! И, надо сказать, это были длинные и совершенно восхитительные секунды!

Тайн от Софи у меня почти не было, потому и разговор с Михаилом Владимировичем я решила начать прямо здесь и сейчас.

— Баронесса, почему вы хмуритесь? Что-то случилось?

— Ваше сиятельство, меня мучают не слишком приятные мысли.

— Мадмуазель Вивьер? Я сделаю все, что смогу для вас, вы же прекрасно знаете это!

— Я не знаю, как вам объяснить, Михаил Владимирович… Но вот представьте себе ситуацию, что вам придется бросить вашу военную службу.

"— Бросить?! Что за странная мысль, мадмуазель Мадлен? Моя карьера идет вверх, я жду производства в следующий чин. Я служу своей Государыне и своей Родине. Зачем бы я стал бросать службу?!

— Да-да, Михаил Владимирович. Я именно об этом и говорю! У вас есть дело, которое вам нравится. Вы чувствуете себя необходимым государыне, это очень важно для человека — знать, что он нужен.

Я не могла говорить прямее даже в присутствии Софи. Официально граф еще не просил моей руки. И, хотя, скорее всего Софи догадалась о содержании нашего с ним вчерашнего разговора, но декорум нужно было соблюдать!

Граф нахмурился и молча смотрел на меня. Кажется, до него дошло, о чем я говорю. А у меня на глазах навернулись слезы и я резко уставилась в окно, чтобы граф, сидящий напротив, не видел этого.

Унылый зимний пейзаж за окном ни сколько не добавил мне радости. Более того, глядя на жалкое село, мимо которого мы проезжали, я понимала, что та Россия, к которой я стремилась, так же, как и Париж, опутана сословными различиями.

Брак с русским графом — прекрасное будущее для любой женщины. Каждая модистка Парижа продала бы душу не задумываясь, чтобы оказаться на моем месте.