Испорченный король

Он заботится о том, чтобы принижать меня, доминировать надо мной и заставлять меня подчиняться его воле.

Он заботится только о том, чтобы сломать меня.

– Как ты думаешь, почему никто не приглашал тебя на свидания последние два года? – Ксандер приподнимает бровь.

– Ч-что?

– У других девушек есть парни, а у тебя нет. Ты никогда не задумывалась почему?

– Над другими девушками не издеваются, – выдавливаю я из себя. – Их не называют учительскими шлюхами.

– В том-то и дело. – Он щелкает пальцами и указывает на меня.

Я слишком ошеломлена, чтобы ответить. Мой рот открывается, потом закрывается, как у умирающей рыбы.

Все эти годы я думала, что Эйден просто оставался на заднем плане. Я думала, что издевательства начались только потому, что в тот день он выразил ненависть ко мне перед всей школой, и все они действовали из лояльности к нему.

Оказывается, он все это подстроил и позволил своим приспешникам сделать остальное.

Минимальные усилия. Аналогичные результаты.

Ублюдок.

Моя кровь вскипает в венах.

– Зачем? – Я даже не узнаю свой призрачный голос.

– Это его способ устранить конкурентов.

– Почему он хотел устранить конкурентов?

– Понятия не имею. – Он пожимает плечами. – Я знаю Кинга всю его жизнь, и я никогда не видел, чтобы он был увлечен кем-то так, как тобой.

Он ведь говорил это, не так ли? Что его забота ненормальная, не поддающаяся объяснениям или общепринятым нормам.

Но, с другой стороны, почему я должна платить за его нетрадиционные методы?

Гнев захлестывает меня как черный, бездонный, океан.

Где-то в глубине души я понимаю, что не должна принимать поспешных решений, когда злюсь, но мне все равно.

– Договорились, – говорю я Ксандеру. – Я буду твоей подставной девушкой.

Нет лучшего способа отомстить Эйдену, чем «встречаться» с его лучшим другом.

И я знаю, почему Ксандер обратился ко мне.

Ему нравится идея, что Эйден потратил годы, успешно «устраняя» всех конкурентов, только для того, чтобы я оказалась в объятиях Ксандера.

Это дерзкий поступок, но Ксандер мне немного нравится за это.

Мне нравятся все, кто восстает против титулованного короля-психопата.

Губы Ксандера растягиваются в волчьей ухмылке, когда он предлагает мне свою руку.

– Тогда давай покажемся публике, дорогуша.

Я неохотно беру его под руку.

Это не в моем характере.