Испорченный король

Я даже не могу отбиться от него, потому что это означает оставить мое полотенце и мое тело на его милость – или отсутствие таковой.

– Знаешь, что я думаю? Я думаю, какой-то части тебя это нравится, но из-за того, что ты такая хорошая девочка, ты хочешь уничтожить эту часть. Ты боишься того, что это может значить. Как тебе может нравиться что-то настолько грубое, когда ты такой совершенный человек? Ты боишься себя, сладкая.

– Ты бредишь.

– Неужели? – Он убирает руку от моего лица, и его пальцы опускаются к моей ключице.

И, как и любой пожар, пепел – это единственное, что он оставит после себя."

"– Оставь меня, черт возьми, в покое, – шиплю я.

– Я же говорил тебе. Я не могу.

Он стягивает полотенце вниз, обнажая шрам и мою бледную грудь.

Это чудо, что я держу полотенце завязанным вокруг талии. Или, может быть, я сохраняю его только потому, что он это позволяет.

Он обхватывает большим и указательным пальцами мой сосок и сильно сжимает.

Ошеломляющее ощущение пронзает меня до глубины души, и я закрываю глаза от стыда.

– Твои соски такие твердые. – Он сжимает еще сильнее, пока стон не срывается с моих губ. – Видишь? Они напряженные и чувствительные, так что, возможно, им тоже нравится противоположность хорошему.

Я поджимаю губы, боясь, что вырвется какой-нибудь чужеродный звук.

– Черт. – Его металлические глаза наполняются удивлением.

Он продолжает щипать и вертеть мой сосок, но его внимание сосредоточено не на этом.

Подавляя ощущения, проходящие по моему телу, я недоверчиво смотрю на него.

– Тебе нравится причинять людям боль?

Его взгляд неохотно отрывается от моей груди, чтобы встретиться со мной глазами. Блеск безразличия покрывает его черты, запечатывая тот интерес, который вспыхнул ранее.

– Тебе больно?

– Нет, но мне некомфортно. Обдели меня своим вниманием и свали.

– Почему? – Он с силой щипает меня за сосок.

Мои губы дрожат, когда я пытаюсь собраться с мыслями.

– Ты токсичен. И, о, ты разрушил мою жизнь за два года.

Он наклоняется, его губы скользят по раковине моего уха, посылая мурашки вниз моего живота, когда он шепчет:

– Недостаточно.

– Что я тебе сделала? – Мой голос дрожит.

– Ты существуешь.

Слезы застилают мои глаза от его слов.

Где-то глубоко внутри я согласна с Ким. Эйден больше ни над кем не издевается в школе – даже над ней.