Испорченный король

Зачем тете Блэр задавать вопросы? Почему дядя Джексон выгнал ее?

Как будто они знают больше, чем рассказывают.

Мои кошмары не являются обычными, и они всегда следуют одному и тому же шаблону. Я в подвале. В воде. В темноте.

Они были такими с тех пор, как мне исполнилось семь."

"После смерти моих родителей.

Я хватаюсь за столешницу, когда мурашки страха пробегают по моему позвоночнику.

На протяжении десяти лет я всегда думала, что прошлое должно оставаться там, где ему и место.

Тетя и дядя предложили мне новую жизнь, и единственный способ принять ее – это стереть всю жизнь, которая у меня была до.

Но игнорирование прошлого не означает, что оно исчезнет.

Дрожащими пальцами я открываю Гугл и набираю текст.

Пожар в Бирмингеме десять лет назад.

Первые статьи, которые выходят, посвящены грандиозному пожару, произошедшему на медеплавильном заводе.

Пятьдесят человек скончались на месте, двадцать – в больнице, а через несколько недель за ними последовала дюжина других.

Это был масштабный пожар, который потряс страну и правительство.

Я проваливаюсь в кроличью нору и изучаю все статьи, комментарии и даже интервью. Несколько рабочих сказали, что Реджи, обвиняемый в курении на объекте, никогда не курил внутри. Не то чтобы Реджи мог защитить себя, учитывая, что он умер на месте.

Я возвращаюсь к основному поиску. Требуется пролистать несколько страниц, чтобы найти статью о домашнем пожаре.

Мой дом.

Нет. Тот дом. Странно называть это место своим домом.

Пожар произошел через неделю после трагедии в Бирмингеме.

Я прислоняюсь спиной к стене, пока читаю информацию, которую уже знаю.

«Неисправность газовой плиты унесла жизнь целой семьи. Единственная выжившая – дочь, находившаяся снаружи у озера»

Озеро.

«Огонь вспыхнул внутри дома и добрался до подвала, спалив все дотла. Детективам было трудно собрать улики»

Подвал.

«Останки мистера и миссис Стил были извлечены и опознаны»

Останки.

Я не знаю, почему я продолжаю видеть только технические детали.

Говорят, быть сожженным заживо – самая мучительная смерть. Я должна что-то чувствовать, понимая, что мои родители умерли в такой сильной агонии.

Однако я… отключена. Не вовлечена психологически. Наверное, потому, что я их на самом деле не помню. Но разве это оправдание?

«Единственный свидетель – мисс Стил, семилетняя девочка. Она находилась под внимательным психическим и физическим уходом.