Испорченный король

– Перестань провоцировать Кинга, Найт, – говорит один из игроков футбольной команды, вратарь. – Мы просрем чемпионат, если наши лучшие нападающие продолжат вцепляться друг другу в глотки."

"Несколько его товарищей по команде бросают на меня снисходительные взгляды, как будто я источник всех их проблем.

– Почему вы так на меня смотрите? – я расправляю плечи. – Я не просила ни одного, ни другого о внимании. Если вы сможете держать своего короля подальше от меня, я буду признательна.

За столом воцаряется тишина, за исключением Ксандера, который ухмыляется, демонстрируя ямочки на щеках.

– Неудивительно, что она моя лучшая подруга.

– Ты думаешь, кто-то может что-нибудь сказать Кингу? – Ронан качает головой с лукавой улыбкой. – Я имею в виду, ты та, кого он назвал очаровательной.

– Он… серьезно? – спрашивает вратарь.

– Клянусь богом, я тебя не разыгрываю. У меня до сих пор мурашки по коже, по-настоящему! – говорит Ронан. – Да ладно тебе, Элли. Запиши это для нас в следующий раз.

Я не могу удержаться от улыбки.

Футболисты, которые раньше бросали на меня суровые взгляды, теперь смотрят на меня с… благоговением?

Коул прочищает горло.

– Прекрати, Ро.

– Ох, перестань, капитан. Не порти веселье. – Ронан встает со своего стула. – Я открываю аукцион с пятью сотнями. Кто добавит?

Каждый из них начинает называть цифры, как на настоящем аукционе.

Богатые дети, конечно, делают это по-другому.

Коул качает головой и открывает книгу. «Анатомия зла».

Хм. Кто бы мог подумать, что футболист заинтересуется такими книгами? С другой стороны, я всегда придерживаюсь стереотипов.

– Ты разве не собираешься есть? – спрашивает Коул, не обращая на меня особого внимания. – Ты можешь взять мое.

– Она это не ест. – голос Эйдена звучит у меня за спиной, и я ненавижу мурашки, которые пробегают по моей коже из-за его присутствия.

Он отталкивает Коула в сторону и садится рядом со мной, протягивая две тарелки. В одной есть макароны. На подносе, который он ставит передо мной, салат и макароны без глютена.

– Где ты это взял? – Я поднимаю на него глаза. – В кафетерии нет такой еды.

– Теперь есть.

Теперь есть.

Просто так, он сделал так, чтобы она появилась.

Я не хочу, чтобы на меня произвело впечатление то, что он принес мне мое первое специальное блюдо в школе, но это происходит. Это самая заботливая вещь, которую кто-либо, кроме моих тети и дяди, делал для меня. Он запомнил и сделал так, чтобы она появилась.

Я бросаю на него взгляд из-под ресниц.