Испорченный король

Я отвечаю сначала небрежно, а затем целую жадно, подстраиваясь под его темп.

Мы проводим несколько минут, прижавшись друг к другу, целуясь и исследуя рты друг друга.

Эйден все это время собственнически держит руку на моем бедре.

Он отрывается от моих губ, чтобы заправить прядь волос мне за ухо.

– Протрезвей, сладкая. Я только начал.

– Ч-что?

– Дай мне минутку, и я трахну тебя так сильно, что ты будешь кричать на весь дом.

Мое тело содрогается от этой картины, но я хватаю его за бицепс, качая головой.

Он прищуривает глаза.

– Почему нет?

– Я слишком чувствительна. Я не думаю, что выдержу еще больше.

Он ухмыляется как Дьявол.

– Это только усилит ощущения, когда ты кончишь.

– Эйден. Нет.

– Что я сказал, когда мы только начинали?

Я прикусываю нижнюю губу и молчу.

Он наматывает прядь моих волос на свою руку.

– Что. Я. Сказал?

– Что мне не удастся выйти из игры.

– И чем ты сейчас занимаешься?

– Эйден…

– Чем ты сейчас занимаешься, Эльза?

– Я не думала, что это будет так сильно, ладно? – выпаливаю я.

– И это должно меня волновать?

Я знаю, что когда он сказал, что не остановится, он действительно имел это в виду. Я просто веду проигранную войну, но я даже не хочу сражаться. Я притворяюсь. Убеждаю, что я этого не хочу. Просто… мне нравится, когда он берет то, что хочет.

Это слишком аморально, да?

Он ухмыляется, глядя на меня сверху вниз.

– Ты делаешь это нарочно, не так ли?

– Я действительно слишком чувствительна. – Я сжимаю бедра вместе, уже чувствуя его растущую выпуклость.

– Но ты все еще хочешь продолжать."

"Это не вопрос. Это наблюдение.

– Ты дразнишь меня, не так ли, сладкая? – он играет с моим пульсирующим соском, заставляя мои веки закрыться. – Ты говоришь нет только для того, чтобы я заставил тебя подчиниться.

Я стону.

– Я… правда?

– О да… правда. В глубине души ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, но это твоя извращенная версия игры в недотрогу. Ты делала это с тем, с кем потеряла девственность?

– Н-нет. Только с тобой.

Его пальцы перестают скользить по моим соскам.

– Почему? – спрашивает он.

– Что «почему»?

– Почему ты делаешь это только со мной?

Потому что был только ты, придурок.

Вместо этого я пожимаю плечами.

– Я не шутил ранее. Я не остановлюсь.

Мне всегда нравилась его жестокая честность. Эйден – человек без фильтров. Его эрекция становится жестче, и мои бедра напрягаются от его обещания.