Игра в любовь

Надо было так много сказать, о стольком спросить, вот только с чего начать?

– Я скучала, – прошептала первое, что пришло в голову.

Стэн дернулся, слегка подаваясь вперед, но не коснулся. Ограничился только взглядом.

– Неужели по моей вредности?

«Дает мне возможность отступить и отшутиться», – внезапно с благодарностью поняла я.

– И по ней тоже. Нам надо поговорить, Стэн.

– Сейчас? Может, отложим на потом? Твои родители нас ждут. До праздника осталось совсем немного.

И снова он давал мне возможность отступить.

– Это не займет много времени.

– И что за пункт? – подозрительно сощурившись, спросил мужчина.

Произнести это вслух оказалось сложнее, чем я думала.

– Интимные отношения. Ты сказал, что… стоит мне попросить и мы… то есть ты… – Я все-таки запнулась. – Ты и я… – Глубокий вдох и резкое: – Я хочу тебя. Как мужчину. Сегодня.

В моих мыслях данная речь была совсем другой. И я тоже была другой: более опытной, зрелой, уверенной и самодостаточной женщиной, которая знала, чего хотела, и сама добивалась этого.

По факту вышло… вышло то, что вышло. Жалкая, неуверенная, запинающаяся дурочка, изъясняющаяся на языке дешевых любовных романов.

Мне даже стыдно стало за свое блеянье.

Еще хуже было то, что Бесфорт молчал. Просто стоял, смотрел на меня и молчал. Лучше бы издевался, шутил, подкалывал. Я бы тогда знала, что делать и как реагировать.

– Не стану спрашивать, уверена ли ты, – наконец произнес мужчина, продолжая нависать надо мной.

– Я и сейчас так думаю. Но именно ты утверждал, что это важная часть жизни, которая проходит мимо меня.

– И ты решила ее догнать?

– Никогда не поздно, – отозвалась я.

Снова непонятный взгляд со всполохами пламени у зрачка.

– И что заставило тебя передумать? Только честно. Дело ведь не в желании и не сиюминутном порыве.

"С любым другим я бы никогда не смогла обсуждать эту тему. Вот честно, от стыда бы провалилась. А с Бесфортом неожиданно было легко и свободно. Словно мы обсуждали цену на клубнику или изобретение новых уровней кристаллов. Кто бы мог подумать, что он станет моим советчиком, другом и потенциальным любовником.

– Я устала быть собой.

– Это как?

– А вот так. Мне двадцать три, Стэн. Двадцать три. И ты был полностью прав.