Японская война. 1904 (СИ)

Там, где стреляла пехота, где поработали мы и даже два пулемета, несмотря на ощущение страшной бойни, на земле осталась всего сотня тел. А вот там, где сейчас рубились казаки, мертвых врагов уже было гораздо больше. Страшная сила.

Я махнул своим, чтобы бежали следом, и со всех ног бросился к брошенной японской стоянке. Здесь нас подхватили тачанки, и уже на них мы подлетели к полю боя. Если Врангелю все же понадобится помощь и прикрытие… Не понадобилось. Остатки японцев уже побросали оружие, а штабного офицера скрутили и притащили ко мне.

— Вот, как вы и просили, господин полковник, добыли языка, — Врангель улыбался во все зубы.

— Победа! — я вскинул руку вверх. После устроенного нами шума еще немного поорать было совсем не страшно.

— Победа! — закричали вместе со мной Врангель, Хорунженков и остальные офицеры.

— Ура! — дружно ответили солдаты, и вместе с этим криком словно вырвалось наружу какое-то неясное напряжение, сковывающее нас все это время.

А потом снова была работа. Разобрать поле боя.

А заодно мы и запасы японского батальона распотрошили и нашли немало интересного. И не только те два горных орудия, которые мы так старательно оберегали от износа ствола в самом начале боя.

Глава 9

Провожу ревизию нашей добычи, чувствую себя подпольным миллионером.

— Тут почти двести тысяч иен, — поручик Славский, поставленный на бухгалтерию, закончил подсчеты.

— Похоже, подвозили для выплаты жалования на передовой. Японцы в этом плане довольно щепетильны, — задумался Хорунженков.

— Двести тысяч — это же для целого корпуса, наверно, — вздохнул Буденный, пришедший вместе с Врангелем.

"— У японцев нет корпусов, как у нас, — поправил я его. — Дивизии объединяются сразу в армии, что в свою очередь делает их более мобильными.

— Так, может, и нам корпуса не нужны? — сразу же загорелся Семен.

— Может, и не нужны, — согласился я. — С другой стороны, решительно можно действовать и на уровне корпуса, и тогда уже вражеским дивизиям не поздоровится, так что тут все зависит от нас самих.

— А что с деньгами будем делать? — напомнил Врангель.