Гром над Империей. Часть 4

Удар благодатью — и кокон тьмы, в который они были окутаны, взрывается белым огнем и криком боли.

— Передавайте привет своей мамаше. Скоро я приду за ее черной задницей! — не удержавшись, довольно заржал я. Рядом появился Буран в своем любимом облике коня-ящера и злобно уставился на склонившихся демонов.

— Большого не трогай, а остальных можешь сожрать, ну, или еще как поиздеваться… — говорю я ему, приближаясь к застывшей четверке.

— Я спрошу лишь раз, — рычу, презрительно глядя на них, — где душа, которую вы захватили? От вашего ответа будет зависеть, умрете вы быстро — или медленно и в мучениях.

— Эта душа моя по праву призыва!!!

Медленно проговорил самый крупный демон, поднимая голову и крепче сжимая в лапе рукоять огромного меча.

—Будь ты хоть сто раз Высший, ты не можешь ее просто так забрать! Она слишком дорогая…

— А вот так?

Короткий взмах рукой, и речь демона сменяется воем, а глаза остальных следят за его отлетевшей рукой, начисто срезанной мной.

—С одной рукой не стала дешевле?

— Ты все равно не можешь… — и вновь его слова прерываются диким воем, и следом отлетает вторая рука.

—Буран, можешь начинать рвать этих уродов, мне они неинтересны…

— Подождите, Повелитель! — мне в ноги кидается суккуба и пытается их обнять. Буквально на рефлексе наношу удар и ее сносит метров на пять в сторону. Ну, что поделать? Не люблю я их- наглые, скользкие и мерзкие твари! Глазом моргнуть не успеешь, как захватят и душу, и постель.

Остальные вскакивают, и вокруг них начинает закручиваться в вихрь само пространство.

— Стойте!!! — опять вопит эта с-с-сукуба. — Если вы атакуете, он нас всех уничтожит! Вы ещё не поняли? Барьер разрушен, пришлая орда знает теперь, где мы находимся, и значит, скоро сюда явится!.. Без него нас ждет смерть! Арастор, отдай ему душу взамен на защиту!!!

Смотрю на них и не могу понять, почему я до сих пор с ними вожусь. С каких это пор мнение слабых демонов меня интересует? Почему я должен что-то им объяснять или делать?

Поднимаю эфиром того, кого назвали Арастором, и тянусь к нити, что подобно солнцу сияет и связывает его с той, ради которой я готов уничтожить их мир.

— Вы, — оборачиваюсь я к остальным, что замерли в напряженных позах. В их глазах вижу испуг и обреченность, — вы стоите и не двигаетесь с места, пока я слетаю за душой.