Городской тариф

- Ну и?

- Он был вчера у руководства, носил представление на тебя и на Сережку Зарубина. Сережкино представление подписали, а твое - нет.

Ну вот, Чистяков оказался прав, как всегда. Никто ее повышать в должности не собирается.

- Он объяснил почему? - спросила Настя, стараясь, чтобы голос не дрожал.

- Сказал, что по поводу тебя подняли жуткий крик и припомнили все твои неудачи за последний год. Видно, Афоня изо всех сил постарался, чтобы тебя выперли на пенсию и срок службы не продлевали, если ты напишешь рапорт. Конечно, оперу с твоим стажем срок службы продлили бы без разговоров, еще и спасибо сказали бы, так он сделал все возможное, чтобы этого не произошло.

- Это Большаков тебе так сказал? Или информация из другого источника?

Юра пожал плечами:

- А какая разница?

- Большая, Юрочка. Если ты точно знаешь, что все было именно так, я готова поверить. Но если ты знаешь это только со слов Большакова, то я уверена, что это вранье. Никуда он не ходил с моим представлением.

- Ася, ты не права.

- Почему?

- Потому что он спрашивал меня, на какие рычаги можно нажать. Он спрашивал, к кому из людей, имеющих влияние на наших начальников, можно обратиться.

- И что ты ответил?

- Посоветовал ему позвонить Заточному.

Настя залпом допила кофе и поставила чашку на стол.

- Юрка, в твои годы уже пора перестать быть наивным.

- Он имел в виду назначить тебя старшим опером по особо важным, а Сережку перевести на твою должность. Поэтому он и носил два представления сразу.

- Это тоже с его слов? - усмехнулась Настя. - Вот видишь, как славно все получается, меня повышать руководство отказывается, стало быть, и Зарубина повышать некуда.

- Но он же сказал, что представление на Серегу подписали…

- Интересно, каким это образом? Ты же сам сказал, что свободной должности нет."

"- Слушай, я как-то не подумал, - растерянно ответил Коротков. - Вообще-то ты права..