Городской тариф

Руководство Фонда и все его сотрудники искренне полагали, что Программа вступит в действие именно тогда, когда обе сферы - и правоохранительная, и криминальная - единовременно достигнут нужной для максимального эффекта кондиции. Однако же, как и при всяком слишком затянувшемся ожидании, цель постепенно стала отступать на второй план, а на первый вышел сам процесс интересной, увлекательной, необычной и высокооплачиваемой работы. Никто уже не верил в то, что момент реализации настанет, и сотрудники просто от души наслаждались работой, которую любили и которая давала возможность безбедно существовать.

Что ж, давешние слова Шепеля понять можно, он действительно утратил веру в Программу, и ценность той идеи, ради которой он так старался много лет, померкла перед повседневными заботами. Сейчас ему куда важнее сохранить мир в семье и не разрушить отношения с женой и сыном. По большому счету, думал Ионов, это правильно, потому что Дима уже в том возрасте, когда семейные ценности становятся самым важным, самым главным и приходит понимание того, что все остальное, в том числе и карьерно-служебное, не имеет значения.

Сам же Евгений Леонардович столь тщательно на протяжении многих лет выстраивал собственную независимую старость, что связи с семьей практически разрушились, и у него ничего не осталось, кроме Программы - любимого своего ребенка, которого он создал и вырастил, и теперь хочет увидеть, как тот встанет на ноги и заживет самостоятельной взрослой жизнью. Только увидев своими глазами его первые уверенные шаги, сможет Ионов спокойно отойти от дел и, бог даст, легко и быстро умереть. Дальше пусть ребенок развивается самостоятельно, выживет - хорошо, не выживет - значит, судьба у него такая."

"Он не любил ездить с этим водителем, молчаливым и надменным, но служба охраны загородной резиденции не позволяла посетителям приезжать со своими водителями.

Незачем посторонним людям знать этот адрес, этот дом и маршрут проезда. Если посетитель, которому разрешен визит, сам за рулем - пожалуйста, а если нет, то за ним высылали машину со «своим» водителем, проверенным вдоль и поперек, и потом отвозили назад.

И еще Ионову не нравилась эта манера назначать деловые встречи поздним вечером, а иногда и ночью.