Городской тариф

Может быть, переедет к Илье, а дочери оставит свое жилье, хотя этой соплячке слишком жирно будет получить, не вкладывая ни капли труда, целую двухкомнатную квартиру. Может быть, они с Ильей сумеют как-то обменять две свои квартиры таким образом, чтобы Соня получила «однушку». Так будет правильнее. С другой стороны, разве можно ее оставлять жить одну? С такими-то взглядами на жизнь? Да она моментально впутается в какую-нибудь историю, стоит только на горизонте мелькнуть деньгам и призракам роскошной жизни. За ней глаз да глаз нужен.

Ну почему, почему все так… нелепо, что ли. Неправильно. Сколько раз она представляла себе этот момент, ждала его, и ей виделась красивая сцена где-нибудь в ресторане, и Илья достает из кармана коробочку с кольцом и делает ей предложение, и она так счастлива ответить согласием, и они тут же начинают строить планы: когда подавать заявление, когда регистрироваться, куда поехать в свадебное путешествие, и они целуются на глазах у всех, и официант приносит шампанское, самое дорогое… Как в кино.

- Илюша, - робко начала она, - ты не шутишь насчет женитьбы?

- Я очень серьезен. Как никогда.

- Ты не рассердишься, если я попрошу тебя подождать?

- Почему?

- Пусть Соня еще подрастет. Чтобы я уж могла оставить ее одну со спокойной совестью.

- Ты не хочешь, чтобы мы жили вместе?

- Честно? Не хочу. Ты ведь не слепой, ты прекрасно видишь, какая она. Она моя дочь, единственная дочь, и я буду любить ее, какой бы она ни была. Но ты не обязан.

Илья повернулся к ней, взял за обе руки и внимательно посмотрел в глаза.

- Ты меня не обманываешь? Дело действительно только в этом?

- А в чем же еще? - растерялась Наталья.

Действительно, какие могут еще быть причины, чтобы повременить со свадьбой, если любишь человека так давно?

- Я подумал, может быть, тебе нужна отсрочка, потому что ты… ну, одним словом, хочешь разобраться со своими отношениями с Павлом. Или с каким-нибудь другим мужчиной. Например, с этим австрийцем, о котором постоянно твердит Соня. Нет?

- Нет, - твердо ответила она. - Никаких других мужчин. И уж конечно, не Павел. Только ты.