Гора демонов

— Следующий, — произнесла Тула, показав на демона с огромными закрученными воловьими рогами, — Ребо. Когда-то он был стражем врат рая вместо святого Петра и пропустил падшую женщину, которая не имела права находиться на небесах. В наши дни мы понятие греха рассматриваем несколько иначе, но в те времена грех наказывали строго. Поэтому Ребо был изгнан на землю.

Силье слушала ее с таким вниманием, что даже подалась вперед в кресле.

— Третий мой друг — Лупус, — сказала Тула, указав на демона с длинными, спускающимися за спину ушами.

Он может напускать на людей болезни и совершенно не понимает шуток. Впрочем, они все не позволяют шутить над собой. Четвертый же, Аполлион, один из самых сильных среди демонов. Некогда он выступил против бога Аполлона и был за это осужден. Прекрасные оленьи рога, в действительности, пародия на лиру Аполлона, но, мне кажется, они ему к лицу.

В зале раздались аплодисменты, и в благодарность за них демоны встали во весь рост.

Силье была взволнована. Когда все уселись на свои места, она осталась стоять.

— Тула, — промолвила она, почти затаив дыхание. — Эти имена… Я узнаю их!

— Правильно, — улыбнулась Тула. — Поэтому они охраняют меня, поэтому они были в Гростенсхольме.

— Почему? — спросил Тенгель Добрый.

— Неужели ты не помнишь, Тенгель? Или ты не слышал, что тогда сказала Ханна?

Силье воскликнула прежде, чем он успел ответить.

— Заклинание Ханны надо мной, когда я умирала в кровати роженицы! Тогда она быстро произнесла имена демонов… Среди них были и имена этих четырех, Тула!

— Правильно! Ханна хотела, чтобы ребенок появился на свет, и чтобы его защищали.

Этим ребенком была Лив. А кто был первым из Людей Льда в Гростенсхольме?

— Лив, — тихо произнес Тенгель. Взволнованная Лив встала со своего места.

— Вы полагаете, что меня защищали… эти четверо?

— Все время, пока ты жила в Липовой аллее, ты была в безопасности. Но они не пошли за тобой, когда ты вышла замуж в первый раз. Они знали, что ты вернешься. Ты вышла замуж за Дага Мейдена и остальную часть своей жизни провела в Гростенсхольме.

— А потом? — спросила ошеломленная и заметно потрясенная Лив. Она была сильной, собранной женщиной, но сила ее действовала лишь в земной жизни. Все сверхъестественное, присущее Людям Льда, ей было недоступно. — Что потом, после моего времени?

— Им было хорошо там, — улыбнулась Тула. — Они находились там, когда жили Таральд, Маттиас и Ирмелин. После нее пришел Альв, а затем Ингрид.