Вторая молодость Фаины (СИ)

По крайней мере, мне казалось, что со стороны это может так выглядеть.

Поэтому и не стала настаивать.

— Хорошо, — кивнула я и пошла за лакеем.

Когда я вошла в большую просторную гостиную, меня снова попросили подождать хозяйку. Я поняла, что Алексей был прав, что не стоит приезжать рано в дома аристократов, большинство из них скорее всего могут вставать поздно.

Но когда Евдокия Николаевна вошла, она совсем не выглядела невыспавшейся. Я бы даже сказала, она была свежа, ухожена, но мне показалось, что это явно был результат утренних процедур, которые, вероятно, она выполняла не к моему визиту, а просто по привычке.

Я впервые видела Евдокию. Высокая, статная, в теле, но не толстая, скорее очень женственная, широкие бёдра, большая грудь. Я была права, скорее всего Евдокия уже вышла из невестиного возраста, на первый взгляд я бы сказала, что ей около тридцати, может чуть больше. Свежести, присущей юным девицам в ней не было, но ощущалась этакая накопленная чувственность, мне показалось, что Евдокия должна очень нравиться мужчинам.

«Красивая,» — подумала я

— Не ожидала, — без всяких приветствий грудным низким голосом, который ей очень шёл, сказала Евдокия.

А я, наоборот, порадовалась её прямоте. Вот такую я её себе и представляла, честную, без фальши, без велеречивых слов.

Я улыбнулась и увидела, как это её удивило.

— И вам здравствуйте, — сказала я, — я и сама не ожидала, Евдокия Николаевна, но случилось нечто такое, что мне больше ни к кому не обратиться.

Я думала, что после этих слов она тут же мне и откажет. Евдокия молчала, смотрела прямо на меня и молчала. Я тоже молчала, думала о том, что вот он, переломный момент. Если откажет, значит, вряд ли мы ещё увидимся, потому что больше никто меня за высокий кованый забор не пустит, если только попробовать перелезть через него, а согласится помочь, и, может быть, если не подругами станем, то можем стать деловыми партнёрами.

Наконец Евдокия нарушила молчание:

— Садитесь, Фаина Андреевна.

Я присела на диван, она же опустилась в кресло:

— Рассказывайте, Фаина Андреевна, что там у вас стряслось?

— Два вопроса у меня, — начала я, — один простой, второй сложный.