Вторая молодость Фаины (СИ)

Я ему и сказала:

— Кузьма, проводи Алексея Сергеевича в гостевую комнату, а потом покажи, как пройти в мой кабинет."

"— Будя сделано, — смешно коверкая слова, ответил Кузьма.

Поймав благодарный взгляд Алексея, подумала, что с дороги, может, ему надо освежиться. А то, если я его сразу в кабинет поведу, ему может быть некомфортно, вряд ли он решится спросить у меня про туалет.

Кузьма повёл Алексея во флигель, там уже отремонтировали три комнаты, а я вдруг вспомнила, что пригласила офицеров на обед.

— Кузьма!

Мужчины остановились.

— Если господа офицеры решат отобедать с нами, пожалуйста, предупреди Екатерину.

— Слухаюсь, хозяйка, — снова выдал Кузьма, а я тоже пошла освежиться и предупредить Веру, что хочу показать Порываеву нашу лабораторию.

Пока ждала Алексея, успела написать коротенькое письмо для Раисы Леонтьевны. Передала через одного из слуг для штабс-капитана, самой не хотелось выходить. От него же узнала, что господа офицеры от обеда отказались, но перекусили с охраной имения.

С благодарностью подумала, что старый капрал и здесь сделал так, чтобы армейцы не обиделись, а я не страдала.

***

Когда мы встретились в кабинете, взгляд Порываева уже не был таким настороженным. Наверное, убедился, что дела в имении налаживаются. В доме свежий ремонт, обновлённая мебель. Что подтверждает мои слова, что я не только джигитовкой любуюсь.

Кузьма нам организовал морса и пряников. Заметила, что Алексей, глядя на пряники, постарался скрыть улыбку.

Подумала, что с первой встречи запомнил, как я пряниками с удовольствием угощалась.

Первым заговорил Порываев:

— А что-то я не увидел Ивана Киреева, он до вас добрался?

— За Ивана вам, Алексей Сергеевич, отдельная благодарность, — улыбнулась я. — Он сейчас в Екатеринбурге, лавку торговую открывает.

Порываев тоже улыбнулся:

— Всё-таки решились вы лавку открыть.

А у меня от его улыбки что-то в душе запело. Вот уже не думала, что могу так на молодых людей реагировать, но ответила спокойно:

— Надо же с чего-то начинать.

Мне показалось, что у Порываева от удивления даже глаза расширились:

— Большие планы, Фаина Андреевна.

В общем, «лёд разбился» и дальше разговор пошёл конструктивный.

Рассказала про задумку о косметических средствах на основе продуктов пасеки и про лабораторию. И про Веру Богдановскую.

Оказалось, что Алексей слышал про историю, которая произошла в столичной лаборатории.