Фиалки на десерт

Ну что ж, будем ждать!

И никто, ни одна живая душа, даже самые близкие – мама, Светк, – не догадывались, какие страсти бушуют у Тани в душе. И совсем не об учебе мечтает их тихая девочка! А мечтает… о ребеночке.

«Ну, я вам всем покажу! – мстительно думала она. – Вам кажется, что я – наивная дура?»

И показала. Очень скоро показала, надо сказать. Глупость, случайность, нелепость – залететь с первого раза?

Светка пялила на нее широко раскрытые глаза:

– С первого раза? – И снова повторяла – уже по слогам: – С пер-во-го? Ну ты и дура, подруга!

Бойкая Светка была растеряна, ошарашена и напугана – да еще как! «Ты же не я», – повторяла она.

А тихая Таня – робкая, несмелая, книжная Таня – была совершенно спокойна, сидела на диванчике в собственной комнате и улыбалась – загадочно и глуповато.

Таня молчала и, казалось, ушла в себя. Светка орала и требовала ответа: кто, где, когда?

Просто название передачи.

Таня не отвечала.

Светка моталась кругами по комнате, крутила пальцем у виска и непотребно ругалась.

Таня позу поменяла спустя полчаса – откинулась на спинку дивана, забросила руки за голову, и на ее лице появилась блаженная улыбка.

Когда Светка грохнула стулом об пол, Таня наконец громко вздохнула, приподнялась и тихо, но твердо сказала:

– Что делать? Разве непонятно? Конечно, я буду рожать!

Светка опустилась на еле выживший стул и прошептала:

– Ну да… Я все поняла! Ты точно больная!

Таня, соглашаясь, кивнула и встала с дивана.

– Слушай, а пойдем поедим. Есть очень хочется, правда!

Светка поплелась за ней на кухню, продолжая причитать и поносить ее последними словами.

В это же время Таня деловито нарезала бутерброды и грела суп – любимый, перловый:

– А, красота! Светка, ты любишь перловый?

– Я вообще уже ничего не понимаю, – обескураженно ответила Светка. – Ну что… Наливай! Что с тебя, с дуры, возьмешь?

Потом, конечно, начались разговоры.

– Ладно, не хочешь колоться – дело твое! – кипятилась подруга. – Но тетя Зоя, Миша. Отец с этой Лилей! Что делать с ними? Нет, ты ответь!

Таня налила себе добавки:

– Не будешь? А я, знаешь ли…

Потом наконец отодвинула тарелку и спокойно сказала:

– Свет! А что ты волнуешься? Да все будет нормально! Ну не выгонят же они меня на улицу, а? – И она, улыбнувшись, погладила себя рукой по животу.

– Ну, не знаю… – протянула Светка. – Моя бы меня точно выкинула!

«Бедная Светка, – подумала Таня. – Ишь, как ее проняло!»

Правду она подруге так и не сказала. И маме не сказала. Ну а уж всем остальным и подавно.