Единственная для Цербера

Я ведь и не думала, что он оставит его рядом с собой и дальше, но надеялась, что не убьет.

А что ты думала? Услышала свое подсознание и поняла, что знала это. Знала, но все равно надеялась. Хотела верить, что мой Тимур не такой, что он не сможет, что слишком сильно привязан к Зеки и что у него просто не поднимется рука так поступить."

"— И мне он дорог, Аня, — признался мужчина. — Знаешь, как это было? — Тимур сел на край стола и развернулся ко мне. — Мы вместе не первый год. И Зеки единственный, кому я доверяю, как себе, а может и больше.

Он доказал свою преданность, когда много лет назад спас меня ценой жизни собственной жены. Мы, бок о бок, работали столько лет. Он безоговорочно выполнял мои приказы и, если нужно было, наставлял на правильный путь. Он был готов отдать за меня жизнь, а я, без раздумий, отдал бы свою вместо его.

Его признание выбило меня из колеи. Я попыталась переварить услышанное, но получалось плохо. Не могла поверить, что после всего этого Тимур сможет нажать на кнопку.

— Не делай этого, ты сам себя не простишь.

И потеряешь человека, которому доверял. Единственного, на кого можно было положиться.

— Ты права, Аня, — наконец, он нарушил тишину. — Можно было… раньше… сейчас я не могу ему доверять.

— Тимур, — я мотнула головой, чтобы прогнать вновь проступившие слезы.

— Я больше не смогу ему доверять, Аня. Но в чем-то ты права. Зеки слишком близок мне. Я ждал предательства от матери, от Адема, даже от тебя, — он провел пальцами по переносице. — От кого угодно, но не от Зеки.

Сделала шаг к нему и обвила его за талию, прижавшись щекой к груди.

— Не нужно, пожалуйста. Ты сам себя не простишь, — привела, как мне казалось, серьезный аргумент.

Прижалась к нему ближе и даже выдохнула, когда он обвил меня рукой. Расслабилась, но всего на мгновение. А потом… потом я услышала взрыв, от которого внутри все заледенело. Я даже не сразу оторвалась от Тимура, продолжив осознавать, что только что произошло.

Вначале подумала, что мне показалось, но слишком сильна была реальность.

Почувствовала, как тело Тимура окаменело, он напрягся, будто и сам не ожидал этого, а после отстранил меня от себя, наклонился к окну и оттянул шторку.

— Ты это сделал! — чуть повысила я голос.

Слез не было. Сухие глаза и щеки. Я просто безжизненно смотрела впереди себя.

— Я не понимаю, — наконец, Тимур нарушил молчание. — Ничего не понимаю.

Он поднес телефон к лицу и стал что-то нажимать, а я просто смотрела на мужчину, которого считала любимым.