Единственная для Цербера

Я ему верила, своему мужу, который стал для меня настоящим счастьем, мужчиной, которого я полюбила, пожалуй, больше жизни и для которого готова была рожать не одного ребенка.

— Как ваши отношения с отцом? — решила спросить, потому что знала, что Тимур не приемлет отца, не очень горит желанием с ним общаться.

— Я благодарен ему за то, что он защитил тебя и сына, но едва ты поправишься, мы вернемся в другой дом. Мама уже там и сегодня мы с Давидом поедем туда. Я все еще не могу находится рядом с тем, кто испоганил жизнь не только моей матери, но и мне.

— А что с Зеки? — мне было интересно, что произошло.

— Зеки жив и здоров. Сейчас, наверное, уже со своей матерью и сыном, — Тимур улыбнулся. — Я верю, что он скоро вернется к нам, но ему так же, как и мне, нужно время, чтобы побыть со своей семьей.

— А ты… ты не думал предложить ему жить где-то неподалеку и освободить от постоянной необходимости быть рядом с тобой, ведь мальчик растет без отца.

Я не хотела лезть в отношения двоих мужчин, но чувствовала, что должна спросить.

Зеки, все же, слишком много сделал не только для меня, но и для Тимура. Он до последнего его защищал и не предал бы никогда, если бы под угрозой не была жизнь сына. Я очень надеялась, что между ними больше не будет недосказанностей и что Тимур прекратит требовать постоянного пребывания Зеки рядом, ведь тот заслужил личную жизнь отдельно.

— Думал, Аня и скорее всего так и поступлю. Зеки действительно нужна свобода от меня, а он нужен сыну.

Тимур улыбнулся, когда Давид потянулся ручкой к моему лицу, а я не могла поверить в изменения, которые произошли с мужем.

То ли он многое в жизни переосмыслил, то ли произошло что-то, что заставило его по-другому взглянуть на окружающий мир, но он прекратил быть жестоким диктатором.

Я засмеялась, когда Давид уперся лобиком мне в подбородок и что-то пролепетал по своему, обняла малыша и поцеловала в пухленькую розовую щечку. Он рос не по дням, а по часам. С каждым мгновением он становился взрослее, смышленее, учился чему-то новому и удивлял нас своими новыми навыками.

Я не знала, сколько мне придется пробыть здесь, но не хотелось бы упустить важные моменты в развитии сына, я нуждалась в том, чтобы присматривать за ним, чтобы быть рядом.

— Тимур, а врач не говорил, сколько мне придется здесь быть? — я хотела знать, потому что просто не представляла, как буду сидеть здесь месяц, или же два.

— Столько, сколько нужно будет, — резко отчеканил муж. — За Давида не переживай, с ним буду я и мама.