Душелов. Том 2 (СИ)

Одновременно спросил парень с блондинкой, после чего, переглянувшись, вновь посмотрели на девушку, сидящую перед ними."

"— Понимаю, как это странно звучит, однако подобное заключение самое высоковероятное, если не забывать, что именно его Дар стимулирует твой, запуская все эти необычные процессы в твоём организме. К тому же — это можно частично проверить, — и произнеся это, пристально посмотрела на парня, следом спросив у него: — Считаешь ли ты её нынешние формы недостаточно выраженными?

— Нет, — дал он тут же ответ, следом за чем, замявшись и отведя глаза в сторону, более тихо продолжил: — Но… вероятно, я бы хотел, чтобы они у неё несколько увеличились…

После этих слов в кабинете настала гробовая тишина.

Парень, отведя глаза в сторону, не решался посмотреть обратно. Блондинка, в этот момент повернув голову к нему, сверлила его непонятным взглядом, в котором легко читалось множество эмоции, описать даже половину из которых невозможно. А девушка же просто тихо сидела напротив них, будучи до сих пор в попытках понять, какие же между ними отношения, и размышляя над тем, что же ей делать с её формами, если даже далеко не малые формы блондинки для него недостаточно ярко выраженные.

Глава 24

И вот, вроде бы, в целом хорошие новости, — можно даже сказать отличные, — ведь не только здоровью Алисы ничего не угрожает, но ещё и её Дар развивается куда быстрее, чем у других. Причём происходит это во время достаточно приятного процесса. Тем не менее… она всё равно на меня продолжала злиться, даже садясь в такси, до которого я её проводил.

А что самое печальное — хрен поймёшь, на что именно она злиться — то ли на то, что я, судя по всему, невольно «подкорректировал» её формы, то ли вообще, в принципе, на моё мнение о недостаточной выразительности её форм. Хотя я так, естественно, не считаю. Я лишь иногда, в пылу секса, неосознанно думаю о том, что было бы неплохо, если бы её формы были бы ещё чуть-чуть побольше…

Раздумывая об этом, я вернулся в… основной кабинет.

Странно, но почему-то в один момент мне захотелось назвать его «своим кабинетом». Хотя, по сути, я работаю в нём лишь первый день. Да и вообще, если уж на то пошло, то и нахожусь в нём всего лишь третий раз в жизни. Не говоря уже о том, что мои родители вполне могут быть ещё живы.

Выкинув из головы эти ненужные мысли, я, сев за стол, продолжил разбираться во всех бумагах, хранящихся в нём.