Ребёнок для бывшего

После того, как расстался с Ксенией, он стал смотреть на отношения с женщинами совершенно в ином ключе. И, как показала жизнь, ни к кому после своей первой и единственной любви таких чувств больше испытать не смог.

- Я помню про все наши контракты и соглашения, - заверил Матвей, поднимаясь из кресла.

Отошёл к окну, почти целиком заставленному растениями, посмотрел на унылый лес. Не сказать, что он не думал об этом в последнее время. Прекрасно отдавал себе отчёт в том, что Наталья так или иначе вновь поднимет тему сурмамы… Но с тех пор, как встретил Ксюшу, чем больше размышлял об этом, тем большее нежелание идти на этот шаг испытывал.

Это ребёнка своей любимой женщины он бы принял, как своего. С другими - Матвей был в этом уверен - так не получится.

- Займусь всеми вопросами в ближайшее время, - тихо ответил он, повернувшись к жене. - Ужинать будешь?

Наталья помотала головой. Указала на боевые отметины, что оставил ему Теплов. Просто спросила:

- Откуда?

- Подрался. Были причины, - ответил Сибиряков, пожимая плечами.

- Расспрашивать не стану, - откликнулась жена. - Иди, ешь без меня. Я не голодна.

Матвей постоял так немного. Раньше бы сказал, что ей нужно лучше питаться. Что врачи, как один, говорили - от настроя и распорядка дня Натальи зависит проживёт она год, или десять лет. Сейчас же просто подошёл, небрежно коснулся губами бледной щеки и быстро вышел прочь.

От ужина отказался. Передал распоряжение на кухню сегодня не накрывать ни для него, ни для жены. Поднялся к себе, намереваясь сходить в душ и лечь спать, но вместо этого сделал себе крепкого кофе - привычка пить его постоянно привела к тому, что у него и в спальне располагалась кофемашина - и вновь стал смотреть за окно.

Ксюша. На память вновь пришла она. Как легко было солгать ей тогда, когда предлагал свой супер-план. Солгать, что у него просто есть жена, с которой хочется завести детей. И как трудно было врать, что рад отказу.

Потому что он всего на мгновение представил, как впоследствии они растят ребёнка вместе.

С Ксенией, теперь уже Тепловой, его ничего не связывало. А вот с женщиной, которая угасала на глазах, - напротив. И он был просто обязан начать исполнять свою часть договорённостей.