Девочка Юсупова. Единственный наследник

Накануне они, никому не сказав, покинули страну. Уехали отдохнуть на море. Динар тогда извелся весь, пока не узнал, что их там не было. Официальная версия — неосторожность, хотя мать Бастанова уверяла, что всё перекрывала перед отъездом.

Дамиру потребовалось десять минут, чтобы все рассказать. За это время Света успела и виски принести и закуску. Пришла/ушла так тихо, что они с Динаром даже не услышали.

Выслушав его рассказ, Бастанов потянулся к бутылке и разлил виски по бокалам. Отпил из стакана и поставив тот на стол, посмотрел на Дамира.

— Ты все еще веришь в случайность?

— Уже нет.

— Примерно в одно с тобой время взорвали автомобиль Асада. Его в нем, разумеется, не было. Это показательно было, расследование прикрыли.

Это для Дамира стало новостью. Про Асада он практически ничего не знал, так как он очень быстро отошел от дел и прекратил с ними общение. Да и переехал едва ли не на другой конец России.

— Не нравится мне это, — говорит Динар. — Есть мысли, кто это может быть?

— Теперь ни единой, — совершенно честно ответил Дамир.

Он связал в уме только Динара и себя. А теперь еще и Асад.

— Я наберу ребят. Попрошу встречи дня через три. Постарайся дожить до этого времени, — сказал Динар и кивнул на его стакан. — Выпей, расслабься. Чувствую, вскоре это будет не так просто сделать.

Глава 36

Варя

— Вы готовы? — спрашивает доктор, одетый в новомодную синюю форму.

— Да, думаю да.

Я совсем не уверена. Клиника мне понравилась. Она — идеальная. Чистая, уютная, большая, сделанная для детей и взрослых.

— Мы приготовили вам место в зале ожиданий. Небольшой столик с диванчиками и напитками. Через несколько часов мы сообщим вам итог операции, — сообщает доктор.

Мы практически сразу нашли с ним общий язык. Спокойный, уравновешенный, он не обращал внимания на кучу вопросов, которыми я его закидывала и спокойно отвечал на каждый.

Здесь меня успокоили. Ничего ужасного ее не ждало. Реабилитация, конечно, самая неприятная, но и с ней можно справиться, особенно в нашем положении. Под этим термином доктор предполагал ту поддержку, которая была у Алинки. Я, Кирюша и теперь еще и бабушка, которой у малышки никогда не было.

Алинка помнила, как не любила свою родную бабушку.