Давай поспорим? (СИ)

Я как пацан пятнадцатилетний держу телефон, а пальцы дрожат. Не удивлюсь, если он выскользнет из рук. Каренина в черном кружевном комплекте, где просвечивается грудь с торчащими сосками, а трусики прикрывают только самое сокровенное. Но я знаю, что там спрятано за теми кусочками ткани. Соблазнительница маленькая. Еще какое-то время назад целоваться не умела, а сейчас фотки такие шлет. И торкает ведь. Таких вот снимков получал кучу, даже более откровенные. Но ни одна из них не вызывала и долю тех эмоций, что бушуют у меня в душе.

Глава 20.

Настя.

Я уснула, как только голова коснулась подушки. А глаза открыла, когда время уже было около полудня. Всегда знала, что я соня, но не настолько же. Я не слышала, как Рома ложился спать, как встал на работу, как хлопнула дверь. Только помню сон, где мы с ним были на берегу того озера, а по водной глади убегала лунная дорожка. Романтично? Очень. Я ведь в душе очень романтичная особа. Во сне Рома признавался мне в любви и обещал всегда быть рядом. Но несмотря на мою наивность и веру в светлое, я всегда знала, что есть жизнь, которая иногда очень больно бьет по самому больному и самому ценному.

Я быстро делаю себе омлет на скорую руку и завариваю кофе. Сажусь на свое привычное место (когда оно успело мне так понравится?) и чувствую легкую тревожность.

"— Настя, здравствуй, — голос своего менеджера из клуба, где работала, я узнала даже не глядя на экран с именем звонящего, — ты можешь подъехать сегодня за документами и конечным расчетом?

— Да, во сколько нужно? — сама мысленно прошу ее не назначать на вечер.

— Давай часа в четыре. Я успею все подготовить.

— Договорились.

Я кладу трубку и иду к шкафу, где расположились мои вещи. Их немного, но есть в шкафу. Его шкафу. Где по соседству висят его идеально отглаженные рубашки. Подношу к носу одну из них и чувствую едва уловимый запах чистоты, порошка и нотки бергамота, которые въелись в ткань. Запах от которого у меня до сих пор подгибаются коленки и мурашки разносятся по всему телу.