Дар чародея

Внимательно окинув ее взглядом, Надя улыбнулась и сказала:

– Ну вот скажи, зачем мне горничная?

– Как же? У барышни должна быть горничная, а кто вам облачаться в платья помогать будет, и прическу сделать, а кто постельку уберет да перину взобьет. И письма я могу снести куда надобно, и воду натаскать для ванны. Нет, вам без горничной совершенно нельзя. Вы же барышня, а они без горничных никак.

– Ясно, всегда так и думала, что барышни – это какие-то немощные создания, падающие в обморок.

– Прошу вас, не отсылайте меня восвояси, Надежда Дмитриевна.

– Купила? – переспросила Надя и поморщилась. Ну да в этом времени людей покупали и продавали, как товар. Когда-то давно она читала о продаже крепостных и даже видела старую отсканированную газету в интернете середины девятнадцатого века с таким объявлением: «Продается семейная пара слуг: муж с женой, – цена тридцать рублей».

– Раньше была. Барыня Лидия Ивановна мне вольную дала. Я теперь свободна, слава Богу.

– Это хорошо, – улыбнулась Надя.

– Да уж, каждый день о ней, благодетельнице, молюсь. Ведь прошлый барин плохо со мной обращался. Бил да насильно миловаться принуждал.

– Кошмар, – вымолвила Надя.

– Он еще какой самодур был, мы-то привыкшие к такому.

– Тогда ты, наверное, все знаешь о ней? О жене Сергея Михайловича.

– Конечно, многое знаю, – улыбнулась Дуняша.

– Я хотела, чтобы ты рассказала мне о ней, Дуня.

– И мне можно остаться, яхонтовая Надежда Дмитриевна? У вас в горничных?

– Ладно, Дуня, оставайся, – кивнула Надя. – Станем подругами. Ты мне все рассказывать будешь, как верно вести себя, а то я чувствую себя здесь неуверенно.

– Вот спасибочки, барышня!

– И называй меня на «ты», Надя, договорились?

– Нет, не могу.

– Почему?

– Не по чину мне вас называть по имени. Да и не поймет никто.

– Ладно, называй, как хочешь. Но ты, Дуня, все же расскажи мне немного о Лидии.

– Что вы хотите о ней знать, барышня?

– Какой она была?

– Ну, доброй, заботливой, никогда не бранилась. А иногда даже мне свои сережки или колечки дарила.