Черный Маг Императора 6 (СИ)

Оказалось, что даже строительство дворца планировалось. Только снежного, а не настоящего. Причем Нового Года никто ждать не будет. Как только выпадет достаточно снега, стихийники сразу возьмутся за дело.

После того как слухи подтвердились официально, весь «Китеж» забурлил как кипящий котел. Если вчера все обсуждали предстоящее событие как свершившийся факт, но с маленьким знаком вопроса, то сегодня даже преподаватели часть урока посвятили балу-маскараду.

Почти все. Компонент был как всегда в своем стиле, безрадостный и раздражительный.

Нам он сказал, что не разделяет общих восторгов насчет этой идеи Орлова. По его мнению, из-за этого в школе возникнет слишком много ненужной суеты, которая будет отвлекать учеников от занятий.

Ну а в остальном все были настроены более-менее положительно. Самым радостным оказался Гребень, к которому сразу же после обеда выстроилась очередь из желающих участвовать в праздничном турнире. Наш препод по фехтованию должен был лично принимать заявки и давать свое одобрение.

Пока я стоял в очереди, Артем Захарович отказал лишь одному человеку.

Какому-то первокурснику, которому он сказал, что ему еще рановато принимать участие в таких соревнованиях. Всем остальным давал добро.

Очень многих из толпившихся в очереди я видел на уроках по фехтованию. В основном здесь были те, кто и в самом деле неплохо фехтует. Хотя несколько человек, на мой взгляд, попросту теряли свое время и собирались участвовать лишь по каким-то личным соображениям. Как фехтовальщики они были явно слабоваты.

— Ты один? — удивленно спросил Гребень записывая меня в специальный журнал, который был сделан в виде древней книги. — А что же княжич Нарышкин?

— Он не хочет, — пожал я плечами. — Сказал, что как-нибудь в другой раз.

— Да? Напрасно, напрасно… По сравнению с некоторыми, кто уже есть в этом журнале, у него неплохие шансы оказаться в первой двадцатке, — подмигнул мне наставник.

— Я думаю, что оказаться в двадцатке, это для Алексея не повод для гордости, — сказал я.

— Возможно, — кивнул Гребень.

— В этом тоже есть своя логика. Ну а ты, Темников? Как ты сам оцениваешь свои возможности?

— Буду стараться, а там посмотрим… Не люблю наперед загадывать, примета плохая.

Артем Захарович наклонился немного и понизил голос:

— Скажу тебе по секрету, за тебя будет много кто болеть в школе, и не только ученики. Так что имей в виду.

— Спасибо, — усмехнулся я. — Еще больше людей будет болеть против.

— Ахах! — хохотнул Гребень и хлопнул меня по плечу.