Благословите короля, или Характер скверный, не женат!

Это оказались еще одни покои, причем королевским они не уступали.

Все так же следуя за Ринаром, я миновала две смежные гостиные, а вот оказавшись перед дверью, которая, согласно моему пониманию, вела в спальню, испытала смешанные чувства.

С одной стороны, вспомнилась сегодняшняя проверка, и стало жутковато. С другой, в сознании вспыхнула шальная мысль: а что, если меня переселяют? Вернее, отселяют от нервного короля?

Второе, в отличие от первого, воодушевило. Только уверенности в том, что покои расположены в пределах радиуса телепортации, не было, поэтому радоваться я не стала.

Вовремя вспомнив о том, что причинить вред моей скромной персоне не посмеют, я этот жест приняла. А переступив порог, растерялась неимоверно. То, что комната действительно оказалась спальней – это ладно, это полбеды. Но встретить тут толпу женщин я реально не ожидала!

– Что… – начала нервно.

Ринар был в своем репертуаре! Вместо того чтобы пояснить, банально закрыл дверь.

Я моментально вспыхнула злостью, но пытаться вернуться в гостиную не стала. Развернулась к женщинам и выдохнула:

– Здрасте…

Вся толпа, за исключением одной-единственной дамы, дружно присела в реверансе. Лишь теперь я осознала, что передо мной не придворные, а служанки. Однако выглядели они не так, как встреченная мною у покоев Пиниции.

В том же, что касается дамы…

Она тоже отличалась. В смысле, никакой формы или типичного скромного платья. Женщина была одета довольно ярко, но и на аристократку все-таки не тянула. В ней угадывался этакий старший менеджер, этакий бригадир.

Когда дама сделала шаг вперед, я догадалась, в чем соль, и едва не вспылила! Лишь понимание того, что женщины не виноваты, заставило прикусить язык и предпринять хоть какую-то попытку успокоиться.

– Ага… – протянула тем временем старшая. Причем старшая во всех смыслах, ибо лет ей было под шестьдесят. – Кожа, как вижу, хорошая, а с остальным будем работать.

Что она могла видеть с такого расстояния, я не знала. Опять-таки захотела вспылить, но вместо этого я подняла руку в запрещающем жесте и принялась глубоко дышать.