Белоснежка для его светлости

Она знала, что наказание за самоуправство неизбежно, как понимала и то, что мучить ее в канун аукциона никто не станет. Выставят как есть. В конце концов, прическа – дело наживное, отрастет. Но досадить своим бесчувственным хозяевам хотелось хотя бы так.

– Браво, милая! – услышала она мелодичный голос, сопровождавшийся хлесткими аплодисментами, и испуганно сжалась, предчувствуя скорую расплату, но тут же взяла себя в руки и гордо расправила плечи, вскинув голову с короткими, до плеч, волосами.

Девушка, шагнувшая к ней из-за дерева, была не похожа на надзирательниц интерната… да она вообще ни на кого не была похожа.

– Ты фея? – с детской непосредственностью, которую так и не смогли убить в Эрилин учителя, спросила гостью именинница.

– А сама как думаешь? – хитро улыбнулась златовласая красавица в странном брючном костюме. Такие тут носили только мужчины. Хотя нет, столь обтягивающие и вызывающе яркие вообще никто не осмелился бы надеть. Незнакомка же, облаченная в невероятный наряд, держалась легко и свободно, будто для нее столь экстравагантный внешний вид был нормой.

– Не знаю, – пожала плечами девочка, продолжая гладить белый бутон огромного цветка. – Но мне бы хотелось, чтобы ты ею была.

– Значит, я фея, – сказала она. – Пойдешь со мной? – спросила, чуть склонив набок голову.

– Куда? – грустно улыбнулась Эрилин.

– Путешествовать, наслаждаться жизнью, совершать невероятные подвиги… – начала перечислять собеседница, загибая пальцы, но Эри ее остановила:

– За ограду невозможно выйти без разрешения госпожи Вульф и охранников, которые будут следить за каждым моим шагом.

– А кто тебе сказал, что мы останемся в этом мире? – усмехнулась странная госпожа, присев на бортик фонтана. – Меня зовут Евой, Эрилин. И я та, кто может спасти тебя от завтрашних торгов.

– Ты слишком много знаешь обо мне, – немного подумав, проговорила девочка. – С чего тебе верить?"

"– Не с чего, – согласилась златовласка. – Но попробовать ведь можно? Что ты теряешь? – И зажгла над рукой полупрозрачный огонек, который на глазах начал обретать форму пламенного цветка. – Разве что черствый торт с убогими свечами.

– И то верно, – зачарованно глядя на волшебную иллюзию, пробормотала именинница.