Бандеровский схрон

В поля не выходили, двигались опушками, растягивались цепью. Лежали за проселком, грызли травинки и меланхолично наблюдали, как по дороге ехали полуторки, набитые автоматчиками в касках.

– Пару мин бы сейчас, – выразил общее мнение Фадей Горбаш.

Потом они перебежали дорогу, углубились в лес. Снова вышли на пустое пространство перед косогором. Справа осталась дорога в обход холма.

Бабула отправил на гору Фадея, самого проворного. Тот вприпрыжку взобрался на холм, растянулся на вершине, тут же напрягся, немного сполз и через пару секунд уже семенил обратно с какой-то загадочной физиономией.

– Пан поручик, там дорога продолжается за холмом, – сообщил он, отдуваясь. – Вон та. По ней «эмка» едет и мотоцикл с двумя москалями. Это штабная машина, пан поручик. В ней наверняка важная шишка. Решайте, через пару минут они по этому леску поедут. – Он кивнул на скопление берез и осин по правую руку.

Бабула размышлял недолго. В «эмке» вовсе не обязательно гнездится важная птица. Весь Советский Союз ездит на таких вот автомобилях.

Он отдал приказ, и вся группа прыжками устремилась к лесу. Меньше чем через минуту хлопцы попадали за деревьями вблизи дороги и стали нагребать на себя опавшую листву.

Не померещилось Горбашу. Гул моторов быстро нарастал.

Нестор шепотом командовал:

– Клычко и Карагуля – взять на себя охрану, Жмелик – пасти дорогу в оба конца, остальные – все внимание на легковушку!

Маленькая колонна приближалась. Это действительно была «эмка», весьма популярная в Советском Союзе.

Впереди тарахтел мотоциклет с люлькой. В ней пулеметчик. Еще один москаль за рулем. Красные петлицы, погоны, околыши фуражек. Не простая Красная армия, какое-то особое охранное подразделение.

К черту этих «особых», их всего двое!

Люди Нестора открыли огонь одновременно.

Клычко бросил на дорогу гранату. Осколки накрыли покалеченного москаля, лежавшего там. Он истекал кровью, скреб ногтями укатанную грунтовку.