Астрид - хозяйка Рождества

Он направился к Лукасу и услышал, как она говорит подошедшей Ханне:

— Матушка, герцог сказал, что все мои мечты сбудутся! Он намекнул мне на замужество!

Это невероятно…

— Ну, что, ты впечатлен предсказаниями? — маркиз с веселым интересом наблюдал за другом. — По твоему лицу я бы этого не сказал.

— Более странного бреда я не слышал, — ответил Эрлинг и указал на двери кабинета. — Ты можешь сам убедиться в этом.

— Обязательно воспользуюсь твоим советом, — улыбнулся Лукас и, посмотрев через его плечо, сказал: — В кабинет вошла Эмма, и я даже знаю, что ее интересует больше всего.

— Если верить предсказаниям странной женщины, то ей этого не дождаться, — лениво протянул герцог и посмотрел на графиню Расмуссен, которая о чем-то болтала с Сесиль. — Я женюсь на даме старше себя и обзаведусь младенцем до Рождества.

— Святой Олаф! — захохотал Лукас. — Вот это да! Может, у тебя есть тайная дама сердца на сносях, и ты ее тщательно скрываешь ото всех, а, ваша светлость?

— Упаси Господь! Ты себе это можешь представить?

Мужчин привлекло какое-то движение возле дверей кабинета и, повернувшись, они увидели растерянную Эмму, которая вышла оттуда и громко сказала:

— Гадалка требует к себе Хранительницу Яблок.

— Кого??? — все завертели головами и Эрлинг широко улыбнулся. — Ваше сиятельство, по-моему, это вас.

* * *

Меня??? Гадалка зовет меня??? Но почему?

Я почувствовала себя неловко под любопытными взглядами собравшихся, а Сесиль шепнула мне:

— Как это интересно, дорогая! Иди же скорее!

Мне ничего не оставалось делать, как пойти в кабинет.

Оказавшись в кабинете, я на секунду остановилась и тут же услышала тихий голос:

— Мне очень интересно посмотреть на тебя. Подойди.

Почему ей интересно посмотреть именно на меня?

Я подошла к камину и села напротив гадалки, умирая от любопытства.

— Какая необычная душа в этом теле, — наконец, сказала она и потрясла кожаный мешочек. На стол посыпались руны, и одна из них покатилась прямо ко мне и замерла на краю стола.

— Женское начало, чаша, проявление всего скрытого, секретного… — сказала гадалка, беря ее в руки. — И снова младенец…

Снова младенец? Я не понимала, о чем она говорит.