Астрид - хозяйка Рождества

Когда Нилс заглянул на кухню и сказал, что меня ожидает Моника Лунд, я несказанно удивилась — что могло привести ее сюда?

Девушка стояла в холле, и по ее бледному лицу я поняла, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

— Что случилось, дорогая? — я подошла и взяла ее озябшие ручки в свои ладони. — Вы вся дрожите!

— Я ушла из дома, — сказала она срывающимся голосом, но в ее глазах горела решимость. — Вы не могли бы приютить меня на некоторое время? Как только я посещу нотариуса и оформлю бумаги, то сразу перееду в бабушкино имение.

— Конечно, вы можете остаться, но что скажут ваши родители? — я испытывала восхищение, глядя на эту маленькую женщину. — Думаю, они станут искать вас.

— Я написала им письмо, — ответила Моника и с благодарностью сжала мои руки. — Они сколько угодно могут высказывать свое недовольство, но факт моего совершеннолетия случился и теперь я независима.

— Что ж, я уважаю ваше решение, — я ободряюще улыбнулась ей. — Давайте-ка уйдем со сквозняков и выпьем горячего чаю.

Если все и были удивлены, то вида не подали и Монику встретили дружелюбно. Пока тетушка Лонджина и Сидни готовили для нее комнату, девушка пила чай в нашей компании, и я обратила внимание, что она немного расслабилась и даже перестала щуриться.

— Вы можете носить очки, — я старалась говорить мягко и ласково. — Здесь вас никто не упрекнет за это.

— У меня больше нет очков, — Моника грустно улыбнулась. — Матушка разбила их, и теперь я не знаю, как смогу помогать вам в магазине.

— Ничего, это дело поправимое, — успокоила я ее.

Барон внимательно посмотрел на нее и встав с кресла, поставил пустую чашку на стол.

— Дамы, мне кажется, я могу вам помочь в этом вопросе.

— Да? — я удивленно посмотрела на него. — И как же?

— Сейчас. Не уходите, пока я не вернусь, — он подмигнул Монике и вышел, а девушка взволнованно воскликнула:

— У вас такая чудесная семья! Мне так нравится здесь!

У меня перед глазами промелькнула картина, как барон замахивается на меня тростью с перекошенным от ярости лицом, и я вздохнула.

— Да, мы все очень любим и уважаем друг друга.

В кухню вернулся отец и протянул Монике узкую бархатную коробочку.

— Возьмите, милочка. Они вам точно нужнее, чем мне.

Глаза девушки стали, как блюдца и с волнением открыв футляр, она восхищенно ахнула.

— О! Это же очки… Очки… Они что, золотые??? Но это слишком дорого…"

"— Главное, чтобы они подошли вам, — усмехнулся барон, и я удивленно воззрилась на него.