Астрид - хозяйка Рождества

Мне пришлось отдать достаточно золота, чтобы Агнар мог носить фамилию моей покойной супруги."

"Вот это дела… Мне почему-то показалось, что вокруг меня происходит нечто не совсем понятное и мистическое. Я всем сердцем чувствовала, что во всем этом есть некая тайна, и она готова вот-вот выплыть наружу. От предчувствий сжималось сердце и мне хотелось, чтобы все секреты прошлого были раскрыты, ведь их темный след шлейфом тянулся в настоящее.

— Ох уж эти устои… — покачала головой Аида, выслушав Воланда. — Аристократы носятся со своим происхождением, будто на них божья печать, но разве это подтверждает чистоту крови? Вот уж нет! Сколько дам наставляют рога своим титулованным супругам, которые в святом неведении воспитывают отпрысков конюхов и лакеев!

Мне на секунду показалось, что лицо Воланда изменилось, на нем появилось нечто, похожее на боль.

В гостиной появился слуга и объявил, что пора перемещаться в столовую. Герцог подал мне руку, маркиз сопровождал Сесиль, а тетушка взялась за локоть своего спасителя.

Обед состоял из трех блюд, первым из которых подали мясные фрикадельки в бульоне, приправленном специями, а к нему ароматный свежий хлеб с румяной корочкой. Потом пришла очередь морских гребешков тушеных в молоке и небольших бутербродов из темного ржаного хлеба, поверх которого лежал омлет, а на нем тонкие ломтики лосося, политые горчичным соусом. Под конец мы насладились медальонами из говядины с отварным картофелем.

Аида подняла свой бокал и с ласковой улыбкой обратилась к нам с герцогом:

— Мне бы хотелось пожелать вам счастья и много безоблачных дней, дорогие дети.

Остальные тоже подняли свои бокалы, и я даже немного засмущалась, что не ускользнуло от глаз тетушки, и она ласково поинтересовалась:

— Ваше сиятельство, Эрлинг рассказал мне о ваших планах и об идее с елью на Рождество. Мне кажется — это волшебно! Но к этому предвзято отнеслось местное общество, не так ли?

— Общество так относится ко мне не только поэтому, — ответила я, зная, что эта женщина здравомыслящая и свободная от условностей.

— Как раз это я прекрасно понимаю, — фыркнула Аида. — Потому что абсолютно все дамы всегда имеют планы на Эрлинга, я даже перестала вести им счет.