Астрид - хозяйка Рождества

 — И что же это за новости?

— Она взяла в дом ребенка падшей женщины, — ответила Тильда и многозначительно посмотрела на сына. — Представляешь?

— Да неужели? — лицо графа не изменилось, но в глазах промелькнул страх. — Зачем же?

— Баронесса рассказала, что она распространяет слухи, будто этот ублюдок сын твоего брата, — процедила Тильда. — Это недопустимо.

— Я тоже так считаю! — подобострастно заявила Ханна. — Оговорить такое уважаемое семейство! Верх наглости!

— Еще и эти странные идеи с наряженными деревьями! — вставила свое слово Эмма, и Тильда удивленно приподняла брови.

— С какими деревьями?

— Вашей невестке пришло в голову, что можно срубить ель в лесу и установить ее в Рождество на деревенской площади! — принялась разъяснять баронесса, возмущенно тряся кудряшками. — Вы себе только представьте! Ель, украшенная всякой ерундой, под которой она хочет положить подарки детям!

— Что за кошмарные фантазии??? — Тильда выглядела изумленной.

— М-да… Если бы я не знал ее сиятельство, то подумал бы, что она повредилась умом… — задумчиво протянул граф, отпивая вино из хрустального бокала. — Ель? В Рождество???

Они бы еще долго обсуждали невероятное поведение вдовствующей графини, но Тильда предложила женщинам немного отдохнуть перед ужином и те с радостью согласились. Когда Ханна с дочерью удалились, она нервно застучала пальцами по подлокотнику дивана, а потом резко встала.

— Валентин! Почему ты так спокоен?! Тебя что, совсем не заботит все происходящее?!

— Матушка, вы все слишком близко принимаете к сердцу, — граф, допивал второй бокал вина, и это ужасно раздражало Тильду. — Вы думаете, ей кто-то поверит? Но даже если и так? Только я — наследник титула и богатств своего брата! Пусть у него будет хоть с дюжина незаконнорожденных ублюдков!

— Нельзя быть таким беспечным! — прошипела Тильда, награждая его возмущенным взглядом.

— Разве я виноват, что ваши люди не могут довести до конца то, что вы им поручаете? — язвительно произнес Валентин. — Может, стоит потратиться на профессионала, а не трястись над деньгами, нанимая всякий сброд!

— Еще совсем недавно ты вообще был против этого! — она раздраженно выхватила у него пустой бокал.